Турция, битва за Диярбакыр: дюжина ножей в спину Эрдогану

07.02.2016 11:30

Диярбакыр - это важнейшая для всего южного направления военная база турецких ВВС. От места, где прямо сейчас идет бой, до ВПП аэродрома – пять километров!

diar


Заварушка в городе с труднопроизносимым названием Диярбакыр на юге Турции, расположенном в 120 километрах от сирийской границы,  имеет куда большее значение чем просто очередная военно-полицейская операция турецких вооруженных сил против очередного сотого восстания курдских повстанцев.


Бои эти для Турции имеют  не местное, локальное, полицейское, а очевидно  стратегическое значение. Диярбакыр  — крупнейший узел военной активности и дислокации турецких сил, крупнейшая в Турции база военной авиации.  Разумеется, дестабилизация такого региона сильно мешает планам Анкары оказывать давление на сопредельную Сирию: сложно строить планы вторжения, когда у тебя у самого в тылу начинается  война.


Это почти крах, или же, по меньшей мере, существенная трудность на пути  задуманного превращения Турции в региональную империю, планов владычества над прилегающим регионом Ближнего Востока.


События эти невозможно понять и правильно оценить вне общего контекста большой региональной войны которая в значительной мере возникла по вине  и в результате усилий самой Турции. Теперь мы видим  как эта война возвращается к ней, и бьёт её в самое сердце, по её самым чувствительным планам.


При этом о роли Турции в раскачке сирийского конфликта всерьёз заговорили лишь недавно. По праву автора, который  подробно расследовал ключевую роль Турции в поджигании сирийского конфликта ещё  пять лет назад, когда конфликт только начинался, обрисовал  цели, планы  и основные военные усилия Турции в регионе,  и предположил тогда, на основании этого расследования,  что вскоре мы увидим  широкое и  прямое  военное вмешательство Турции в сирийский конфликт, что это лишь вопрос времени, что такие планы существуют и все необходимые решения приняты,  позволю себе сделать  новые предположения.


Некоторое время могло казаться, что прогноз это сбывается не в полной мере, но это была лишь тактическая  отсрочка неизбежных и значительных событий. Слишком много было вложено сил, чтобы так просто можно было отказаться от  поставленных имперских целей и сменить политический курс на подчинение новому османскому игу бывшего  южного подбрюшья  великой Оманской империи.


Вкратце,  уже в 2011 году было очевидно  следующее: планы смещения руководства Сирии возникли вовсе не в момент начала конфликта в 2011-м, а значительно раньше, как минимум в 2003 году. Сирийской Арабской Республике  тогда был предложен  «ливийский вариант» — частичное разоружение в обмен на «лояльность и дружбу» Запада. Сирия, в отличие от Каддафи, отказалась от этого плана.  Тогда Конгресс США принял  «Билль об ответственности Сирии» («Syria Accountability Act»), согласно которому президент США получил право вводить против Дамаска санкции по своему усмотрению. Отмашка была дана и именно тогда,  в  2003 году,  спецслужбы США и Турции  занялись методичной подготовкой оперативных позиций для смены власти в этой  стране. Упомянутый Диярбакыр в то время рассматривался лишь как плацдарм турецкий армии для проведения операций на сопредельной территории, и место дислокации крупных военно-полицейских сил, готовых к вторжению на сопредельные территории.


Ключевую роль в подготовке операции смены власти в Сирии сыграли не американцы (которые больше занимались Ираком) , а именно турки. Непосредственно деятельность против Сирии координировала  разведка Турции (MIT), а ещё более конкретно — её оперативный департамент, и Военная разведка Генштаба Турции  —  GID. Именно офицеры  GID  были  внедрены  в состав диверсионных групп наёмников и автономных групп, которых с 2011 года  готовили к боевой работе на территории Сирии.


Под прикрытием этих спецслужб в  2011- 2012 году была проведена  передислокация  наёмников, выполнивших ранее свою миссию в Ливии  через турецкие порт  Искендерун и крупнейшую в регионе военно-воздушную базу Инджирлик («Adana-Incirlik Airbase») на сопредельную с Сирией территорию.   На первом этапе этой операции  силы наёмников должны захватить плацдарм в горно-лесистой местности на границе Турции и Сирии, создав «освобожденную территорию», буферную зону в северной Сирии по линии южнее турецкого пограничного шоссе Килис—Урфа—Мардин.  Данная задача должна быть выполнена силами диверсионных групп, часть из которых постоянно  находится на территории Сирии, а часть проходила подготовку  в приграничных лагерях, в том числе в районе населенных пунктов Килис, Харран и Акарсу.


Все эти выкладки и прогнозы дальнейших действий  Турции, сделанные ещё в 2011 году полностью подтвердились. Война была развязана и зажила собственной жизнью, вовлекая в свой круговорот смерти миллионы людей.


Со времен этого прогноза куда более явно обозначились различие в позициях США и Турции по  курдскому вопросу. Но если для США курды – это лишь вопрос политического маневра, и их позиция может меняться, то для Турции «окончательное решение курдского вопроса» — возможно, на манер того, как они решили вопрос армянский,  является сегодня принципиальной основой сохранения их государственного статуса  как  устойчивой региональной державы.


К сожалению, российская дипломатия не удержалась на верном треке постепенного вколачивания надежного курдского  клина между целями  османской и американской политики в регионе, и, после инцидента с военным самолётом  скатились к линии резкого ухудшения отношений с Турцией. При этом очевидно, что единственной стороной, которая политически  выиграла от разрыва отношений Турции и Москвы стали Соединённые Штаты, получившие возможность вновь предложить Турецкой республики свой «зонтик безопасности». Возможно, с этой целью все и было разыграно.


Но не только Турция и США формируют сегодня  геополитическую реальность в регионе Там есть и иные игроки, имеющие свои цели и интересы. И, кроме арабских игроков, это, несомненно, Иран и Россия.


Диярбакыр  — это важнейшая для всего южного направления военная база турецких ВВС, где базируется штаб Второго тактического командования ВВС Турции,  размещены многоцелевые самолёты F-16 и армейская вертолетная авиагруппа, не считая наземных сил.  От района старой крепости Сур,  где прямо сейчас идет стрелковый бой с применением артиллерии, до взлётной полосы аэродрома – пять километров!  Это – уже в пределах дальности современных носимых зенитных комплексов. Представьте себе стрелковый  бой на границе нашей авиабазы в Энгельсе,  и вы поймете масштаб проблемы для Турции. Вне всякого сомнения, это проблему Турции кто-то создал, но кто?


Чтобы понять  насколько серьезно участие внешних спонсоров в этих событиях, можно  оценить задействованный противниками имперских планов Турции бюджет, например,  внимательно посмотреть вот на эту новость:


«6 февраля  2016 года в центре Диярбакыра собрались две тысячи женщин, которые выступают против боя армии с представителями курдов.  В «столицу курдов» они приехали из разных концов Турции — из Стамбула, Анкары и других городов. На  митинге звучат лозунги «Мир! Переговоры!» и «Да здравствует сопротивление Сура!».  Столкновение правительственной армии и курдских повстанцев в полном разгаре, и бой идет  в двух километрах от митинга. Залповый огонь не пугает активисток, и они продолжают своё  шествие».


При этом до Анкары тысяча километров горных дорог, а до Стамбула – полторы. Организация такого  митинга, сама по себе, без сопутствующих ему мероприятий стоит около полумиллиона долларов, а если понять, что создавать такие факты политики приходится под присмотром и в рамках рабочего противодействия спецслужбам  – то в разы больше. Если на  подсобные и  разовые  мероприятия, в рамках «тактического плана  информационной поддержки военных усилий» находятся такие суммы, то нетрудно представить общий бюджет наблюдаемого нами с ноября 2015 года восстания курдов в Диярбакыре.


Существенным вопросом является то, кто платит за всё это великолепие. В настоящий момент лишь Сирия, Иран и России могут  являться кандидатом на роль спонсора. Однако, вряд ли Россия будет палиться так открыто, как подставлялись турецкие спецслужбы, почти открыто действуя в 90-годах в Чечне и финансируя там боевиков.  Турция приравнивает курдское сопротивление к терроризму, и, разумеется, это очень чувствительный вопрос, ответ на который мы ряд ли найдём даже в мемуарах разведчиков. Поэтому фигура умолчания и предположительный характер этих выводов сохранится ещё весьма длительно время. Но все карты на столе и  игроки известны. А уж у кого тут  торчит туз из рукава – решайте сами.


Также существенно,  что с  2015 года  база «Диярбакыр», наряду с военной базой США «Адана-Инджерлик», является крупнейшей в логистике американской операции против ИГИЛ, и в целом в регионе.  Там базируются американские вертолёты HH-60 «Pave Hawk»  вместе с личным составом  и создан воздушный коридор, по которому прибывают тяжелые  транспортные Геркулесы HC-130.


Ранее эта база ВВС рассматривалась как форпост НАТО  в сдерживании Советского Союза на южных рубежах, поэтому для развертывания сил – вплоть до сил ядерного сдерживания — там всё готово, достаточно лишь стряхнуть пыль со старых схем. Формально база была передана Турции в 1997 году, но часть оборудования там продолжала работать в интересах разведки США.  В документах НАТО база также  носит  называнием «Pirinçlik AB», по имени поселка в 30 километрах в западу от авиабазы, где стоят важные компоненты этого  оборудования.


По данным того же НАТО, на базе были развернуты «чувствительные электронные разведывательные системы и средства слежения НАТО  за регионом Ближнего Востока, Кавказом и Россией», в том числе радары, способные контролировать ближний космос  и ракетную активность, что является частью американской  системы NORAD, мониторящей космическое пространство в военных и иных целях.  В сферу ответственности данной военной системы НАТО входят, к примеру, ракетные запуски России с полигона Капустин Яр  в интересах Министерства обороны РФ. Антенна одного из работающих там радаров фиксирована, и постоянно направлена в сторону территорий Советского Союза, дальность  покрытия этого стратегического радара свыше четырех тысяч километров. Он смотрел на СССР с юга, а второй такого же типа – с Аляска. Совместно они видели «почти всё».


И вот в  километрах от всего этого добра – стрелковый бой.


В целом события в Диярбакыре сильно напоминают сценарий начала такого же конфликта в Сирии: крупный город-милионник с нелояльным центральным  властям населением постепенно втягивается в решительное военное противостояние режиму. Там всё серьезно, и идет по нарастающей. Так, первые баррикады в городе,  которые мешали проехать машинам полиции  в районы, контролируемые повстанцами появились ещё три месяца  назад. В городе, так же как в занятом ранее исламскими боевиками районе  Дамаска Джобар, постепенно возникает развитая  система подземных коммуникаций и ходов, позволяющая месяцами работать даже под ударами артиллерии.


Думаю, что мы только в самом начале событий. Даже если восстание в Диярбакыре сейчас удастся задавить, сам по себе этот «подземный пожар» не потухнет. Имперские планы Турции в регионе вступили в жесткое и длительное противоречие с планами других игроков, и Турция сейчас получает закономерный  и симметричный ответ за свои агрессивные  действия в Сирии.  Задумав разжечь войну на сопредельной территории Турция закономерно получает войну на своей.


Что касается «общего прогноза ситуации» то стоит сказать следующее. Древнее название Диярбакыра  – Амида, название не менее древнее, чем Дамаск и Константинополь, город, который  за последние три тысячелетия видел власть Ассирии, Персии, Александра Македонского, Рима, Византии,  хеттов, сельджуков, османов, сюда добирались скифы и крестоносцы, доходили монголы с Амура и воины Тимура.


Лишь в начале ХХ века оттуда было изгнано ранее преобладающее там христианское население. В целом, треугольник городов Амида, Урфа (библейский Ур), Мардин – это регион примыкающей к древнейшему  пути из Персии в Византию по  долине  Харран, известной со времен Ассирии  и Вавилона. Письменным упоминаниям названий этих мест  в  клинописных текстах около пяти тысяч лет, а найденным там рисункам и каменным развалинам храма Солнца — 11 тысяч.


Харран вошел в состав Османской империи лишь в 16 веке, во времена Сулеймана Великолепного, и с тех пор остается горячей точкой для всех правителей этой страны. Экскурс в столь длинную историю предпринят лишь с единственной целью: не стоит рассчитывать что столь горячий регион – да и в целом Ближний Восток -  успокоиться и упокоиться в мире на протяжении обозримого с порога нашей непродолжительной жизни периода времени. Война без перерыва там продолжается уже  тысячи лет, и у нас нет никаких шансов увидеть её окончание. И любой мир там — лишь временное перемирие,  время «собирать камни».


И нас ещё ждёт много удивительных историй из этой подлинной, и по сей день горячей  колыбели человечества.




Борис Борисов


Новости партнеров

Написать комментарий

Лента Новостей


trava