Загрузка...

Александр Чернов: Мы начинаем действовать, когда мир представляет угрозу каждому из нас

28.11.2015 17:32

Как относится к потоку новостей, которые обрушиваются на нас ежесекундно, а также как отделять мир идей от мира реального, беседуем с социологом и публицистом Александром Черновым

leak1-600x310_infovotch


Каждый день, открывая ленту новостей, мы надеемся на то, что в нашем бренном мире ничего страшного не произошло. Однако, последние события преподносят все больше и больше страшных сюрпризов.


Теракт с российским Аэробусом А321, атаки террористов в Париже, провокация Турции, связанная с уничтожением российского бомбардировщика СУ-24М. Мир сошел с ума. В воздухе витает ощущение, что дело идет к глобальной войне.


О том, насколько это соответствует действительности, как относится к потоку новостей, которые обрушиваются на нас ежесекундно, а также как отделять мир идей от мира реального, беседуем с социологом и публицистом Александром Черновым.


 Фото 3


— Александр Юрьевич! Скажите, как человеку в современной действительности отгородить себя от стресса? Не читать новостей?


— Для того, чтобы как-то уйти от реальности, человек уходит в мир иллюзорности, виртуала. Но я называю его миром идей. Там проще.


Все дело в том, что мир идей и  мир реальный совершенно разные. Человек живет в стрессе постоянно. Это связано и с тем, что темп жизни изменился. Все вокруг происходит очень быстро, и человек за всем не успевает. В мире идей он сам выстраивает «скорость восприятия»…


— Типа общения в «Facebook»…


— Совершенно верно. Социальные сети из той же оперы. Кто-то книги начинает читать, кто-то в игры играть и так далее. Человек живет другим миром. Он должен отвлечься. Потому, что реальный мир для него сложен. Упрощать его не получается, понимать не удается, но жить-то в нем надо. Если ты не хочешь сойти с ума, ты уходишь в другую реальность.


— Страшные вещи говорите…


— Они реальные. У меня был знакомый крупный предприниматель. Он занимался ввозом в Россию бытовой техники. Так вот вместо того, чтобы нормально изучить рынок, он посчитал, что будущее за встраиваемой в интерьер техникой. А это оказалось не так. Он почитал, что в его виртуальном мире живут богатые люди, которые могут себе это позволить. Ничего не вышло.


Реальный бизнес — наподобие той же «Азбуки вкуса», которая только для богатых, оказался куда сложнее. И мой приятель разорился, что для меня абсолютно не удивительно. Он не видел реальности. Вместо того, чтобы смотреть вокруг – он смотрел внутрь себя.


— Хорошо. Как тогда вам удается жить в реальном мире, при этом сохранять самообладание и спокойствие? Дайте совет читателям «Журналистской правды»…


Все очень просто. Надо фильтровать информацию. Я читал вашу газету, в том числе и лично ваши материалы… Мне понравилось, что у вас разный спектр мнений и экспертов. Есть тенденциозные, которые хотят выделиться, а есть объективные. Хотя объективных нет в принципе, есть только претендующие на объективность. Я стараюсь воспринимать именно такие.


Эксперты со взвешенным мнением не становятся «в позу», не пытаются гнаться за сенсацией: дескать, я вам сейчас такое выдам – в штаны наложите, либо обнадежу, либо напугаю. Я воспринимаю тех людей, которые, прежде всего, для себя пытаются понять – что нас ждет. Это нужно для того, чтобы знать – как я должен поступать…


— Хорошо. Вы открываете утром новостную ленту, какие события интересуют в первую очередь?


— Естественно грандиозные – где что-то произошло: теракт, катастрофа, кто-то умер и так далее. Что-то такое резонансное. Это, естественно, бросается в глаза. Я тоже человек и для меня это важное событие. Гламур меня не интересует.


wp730880a0f0115a2043


— Так… И как вы себя соотносите с масштабными событиями?


Если где-то, например, началась война, это может как-то боком затронуть себя самого… Естественно тебе нужно знать об этом заранее, например, чтобы пойти купить противогаз. Но это не значит, что прямо бежать. Но.


Новости, как правило, тенденциозны и неверны, проходят через десятки фильтров. Поэтому, есть новость, а есть реальность. Одной новости верить никогда нельзя. Ее надо изучить в разных источниках, если они, конечно друг у друга не перепечатывают.


— У нас постоянно перепечатывают…


— Это естественно. Конечно. Многие своих корреспондентов не имеют, поэтому воруют у других.  А как еще?


Поэтому ты сравниваешь, кто что пишет… Потом, опять-таки. Ты сразу побежишь за противогазом? Нет. Потому, что новость, которая только появляется, она тенденциозна и неверна потому, что мгновенная. И одного взгляда недостаточно. Надо, чтобы информация вызрела и тогда уже делать выводы.


— Возьмем, к примеру, последние теракты. В «Facebook» кто-то поставил на аватарку флаг России, а кого-то стоит флаг Франции. Это я про российский сегмент пользователей. О чем это говорит?


— Потому, что с момента терактов этих проходит определенное время. Кто-то одну трагедию уже «пережил», а кто-то нет. У людей очень короткая память… Появилась новая трагедия – человек меняет аватарку.


Проходит время, человек забывает. Не будет же он через две недели хвататься за голову по новой – ах надо бы отомстить за погибших.  На четвертый день ты скажешь, молодец Путин – он обещал всех «замочит в сортире». Все! Это вышло на уровень правительства, которое приняло решение об ответных мерах. Едем дальше, пока еще что-то где-то не произойдет.


Что касается именно Франции, то в России к ней всегда относились с любовью. И этим объясняется сочувствие.


— А что тогда должно произойти, чтобы люди в корне поменяли свое сознание? Диванное настроение поменялось на активное?


— Нужно, чтобы мир идей, о котором я говорил выше – виртуальный мир поменялся на реальный. Когда тот мир, в котором люди живут, ходят на работу, воспитывают детей, превратится в мир, который представляет угрозу каждому человеку лично, тогда человек начнет действовать.


И я против мира идей. Я за то, чтобы все люди объединились против терроризма. Пока это идея, которая никак не влияет на каждого отдельно взятого человека.


1523581_10151835958783837_1534869609_o


— Война делает людей лучше?


— Чаще всего, да. Во время войны человек не может быть двуличным. Это сложно делать даже предателям. А здесь ты должен занять вполне конкретную позицию. В первую очередь в отношении себя, своей страны, противника. Ты не можешь надевать разные маски в разных ситуациях потому, что война сама по себе экстремальная ситуация. Она требует максимального определения внутри себя. С кем ты… Идеи здесь отходят на второй план. Встает вопрос выживания. Или ты, или тебя.


Могу привести свой пример. В 90-е годы, когда был разгул преступности, я вполне конкретно мыслил: пошел и купил себе пистолет. Потому, что это было актуально. Потом подумал, что этого мало – пошел, купил еще и ружье. Слава Богу, ни то, ни другое мне не пригодилось. Но это не был мир идей. Было видно, что творится.


Нужно было как-то защитить себя на улице, и я решил эту проблему. Например, у меня угоняли автомобиль, я своими руками и с помощью оружия сам поймал преступника и сдал его правоохранительным органам. За это они мне сказали «спасибо» и записали в свою заслугу. (смеется)


— Так получается, что людям нужна война?


— Нет. Война – это самая крайняя мера. Любая крайняя мера – всегда плохо. Вот на островах Тихого океана существует каннибализм. Это хорошо или плохо?


— С их точки зрения это хорошо и естественно. Так же, как и русским естественно воевать, одерживать победы и выживать при любых условиях…


— Значит, категории добра и зла относительны? То есть все зависит от того, где ты находишься и как на эту вещь смотришь?


— Получается, что так…


— Значит, с точки зрения каннибала он делает все верно. Значит, понятия добра и зла относительны…


— Да, но мы забываем, что существуют внешние факторы. К каннибалам могут придти те, кто людей не ест, и будет навязывать им другие формы существования… Вот родственники жертв терактов. Можно сказать, что война пришла в их дом?


— Я немного цинично к этому отношусь. Это может случиться с каждым. Так же, как и каждый из нас может попасть под машину. И вероятность этого события довольно велика. Куда больше, чем стать жертвой теракта. Точно так же, как и просто попасть в авиакатастрофу. Каждый из нас может погибнуть хоть в эту минуту. Потерять близких, что в теракте, что при авиакатастрофе – и там и там гибель.


О том, как пережить гибель близких, и о том, как работают психологи с родственниками жертв терактов — в продолжение интервью с Александром Черновым в следующих материалах.


 
Вячеслав Бочкарёв


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...