Загрузка...

Андрей Манойло: Ядерное оружие в руках Эрдогана – серьезный аргумент

06.08.2016 14:22

В связи с блокадой Эрдоганом военной базы НАТО выстраивается интересная такая цепочка причинно-следственных связей...

1454282425


9 августа в Санкт-Петербурге состоится первая после кризиса в двусторонних отношениях встреча президентов России и Турции. В последний раз Владимир Путин и Реджеп Эрдоган встречались 16 ноября прошлого года на саммите «двадцатки» в Анталье. Менее чем через две недели турецкие ВВС сбили российской бомбардировщик Су-24 в Сирии, отношения между странами были заморожены, Россия ввела санкции.


Эрдоган, заметил он, приезжает в Россию «несмотря на достаточно плотную внутриполитическую обстановку в Турции».


В частности, военная база НАТО Инджирлик в Турции была закрыта на фоне слухов о второй попытке госпереворота в стране. По периметру военной базы встали тяжелые полицейские грузовики, которые используют во время подавления протестов. Объект также окружили около семи тысяч силовиков, входы и выходы были заблокированы.


В свою очередь, министр Турции по делам ЕС Омер Челик написал на своей странице в Twitter, что речь идет о проверке безопасности, что ситуация на базе — нормальная, проблем нет.


О том, что и кто стоит за государственным переворотом в Турции, блокированием авиабазы НАТО, а также, зачем президенту этой страны Эрдогану ядерное оружие, беседуем с нашим постоянным экспертом, доктором политических наук, профессором МГУ им. М.В. Ломоносова, членом Научного совета при Совете безопасности РФ Андреем Манойло.


 1019720836-11


— Андрей Викторович, о попытке госпереворота в Турции уже говорилось много. Выдвигались, чуть ли не самые конспирологические версии вплоть до того, что сам президент Турции все это дело затеял – мы этого коснемся в ходе разговора. Пока самое интересное: что стоит за блокированием турецкими силовиками авиабазы НАТО в Турции?


— Тут ситуация, действительно, интересная. Для начала я поясню о том, что военная база Инджирлик – это та самая база, с которой ВВС НАТО наносит удары по территории Сирии, позициям запрещенного в России «Исламского государства» и других террористических организаций. По сути, это такой американский форпост на турецкой земле.


Помимо авиации, на этой же базе находится ядерное оружие – американские бомбы и боевые части крылатых ракет. То есть, это более чем серьезно. Авиабаза играет роль крупного натовского опорного узла в возможном противостоянии с внешним противником, обладающим ядерным оружием, в условиях глобального конфликта.


— То есть, мы можем смело утверждать, что Эрдоган захватил ядерное оружие?


— Пока такой информации нет, но, очевидно, — блокада базы направлена на то, чтобы пощекотать нервы американцам, напугать их возможным захватом их ядерных арсеналов турецкой армией, верной Эрдогану. Это жесткий и примитивный шантаж.


Для Белого дома Эрдоган с ядерными боеголовками американского производства – как страшный сон: все знают, что, если Эрдогана довести до крайности, он пойдет на любые крайние меры. Если при этом у него будет в руках захваченное на базе «трофейное» ядерное оружие, последствия могут стать по-настоящему катастрофичными – и для США, и Европы, и для любых противников Эрдогана. Хотя, играя с «захватом ядерного оружия», Эрдоган вряд ли сейчас допускает возможность его боевого применения по конкретным целям – он, скорее всего, надеется, что ядерные боеголовки станут его «охранной грамотой» и фактором сдерживания, гарантирующим невмешательство США в его личную судьбу.


Эти чаяния президента Турции имеют под собой определённые основания, хотя, если неистовый «Реджи» Эрдоган все же решится на «аннексию» ядерного потенциала Соединенных Штатов, ответка со стороны США будет иной и не совсем впишется в придуманный Эрдоганом для себя сценарий.


— Здесь, пожалуйста, поподробнее…


— В связи с блокадой Эрдоганом военной базы НАТО выстраивается интересная такая цепочка причинно-следственных связей.


Так, в Турции происходит неудачная попытка госпереворота. Причем в истории Турции это первая попытка вооруженного мятежа, которая закончилась неудачно. Причиной неудачного выступления турецких военных стала его неподготовленность: заговорщики, скорее всего, планировали мятеж на более позднее время, но кто-то их заставил выступить раньше намеченного срока, то есть преждевременно.


При попытке любого государственного переворота какие первоочередные задачи ставятся?  — Арестовать президента, премьера, занять задания силовых министерств и ведомств. Телефон, телеграф, инстаграмм. Ни того, ни другого сделано не было, это, во-первых.


Во-вторых, когда стало понятно, что что-то идет не так, военные как-то очень быстро потеряли волю к сопротивлению, стали складывать оружие и сдаваться. Это совершенно непонятно, поскольку было очевидно, что после того, как они сложат оружие и сдадутся, наказание будет очень суровым, вплоть до смертной казни.


Эрдоган никого не пощадит, мятежников, в лучшем случае, расстреляют в каком-нибудь концлагере. В худшем их ждут пытки. Уж лучше при таком раскладе погибнуть в бою. А ведь мятежники имели возможность сопротивляться: у них была авиация (а, значит, господство в воздухе), ударные вертолеты, танки и бронетранспортеры, артиллерия и системы залпового огня. Причем все это – в избытке.


В последствии сдавшиеся на милость Эрдогана солдаты и офицеры наверняка пожалели о своем малодушии: над пленными начался самосуд, националисты, исламисты, поддерживающие Эрдогана, просто издевались, причем даже не над офицерами, а над рядовыми солдатами. Их топили, убивали, расстреливали, разрывали на части, давили бронетехникой. Эти жертвы военного переворота в официальные сводки, конечно же, не попали.


Все это можно трактовать как то, что переворот действительно готовился, но на момент начала мятежа полной готовности у мятежников и их руководства к выступлению не было. Мятеж был сырой. Никакой координации, полный сумбур и неразбериха, не свойственный вышколенной турецкой армии и ее офицерскому корпусу. Вот почему складывается убеждение в том, что турецких военных на это преждевременное выступление кто-то подтолкнул. Эрдоган считает, что таким инициирующим фактором стали Соединенные Штаты. Они знали о планах турецких военных и, не исключено, что воспользовались им.


Ну, вообще сам Эрдоган в этом нисколько не сомневается. Он уже обвинил Запад в поддержке попытки государственного переворота в стране и терроризма. Эрдоган отметил, что ни один из западных лидеров не приехал в Турцию для выражения солидарности с народом в критический момент.


Цитирую его слова: «Мы не получили поддержку, которую мы ожидали от наших друзей, ни во время, ни после попытки переворота. К сожалению, Запад поддерживает терроризм и стоит на стороне государственных переворотов».


— Я хочу обратить внимание на то, что госпереворот не случайно совпал с визитом госсекретаря США Джона Керри в Москву – он был частью системы инструментов оказания давления на Москву. Эрдоган это понял, поэтому и сделал такое заявление.


Интересно, как американская сторона восприняла сам факт государственного переворота. Когда Керри и Лавров давали в Москве большую пресс-конференцию по итогам переговоров, вооруженный мятеж в Турции только начинал разворачиваться – шли его первые часы. Керри явно ждал начала этого мятежа – он даже взял паузу в переговорах на несколько часов, с тем, чтобы из посольства США уточнить, когда же все-таки начнется мятеж против Эрдогана, который должен был стать наказанием турецкому президенту за его попытку восстановить отношения с Москвой.


Информация о том, что в Анкаре и Стамбуле на улицах появились танки, пришла уже во время совместной пресс-конференции. И присутствующим на ней министрам иностранных дел двух великих мировых держав – Лаврову и Керри — тут же задали вопрос об их отношении к этим событиям.


Лавров сказал стандартную, взвешенную фразу о том, что Российская Федерация выступает за нерушимость суверенитета и недопущения отстранения от правления любой легитимно избранной власти. Керри же сказал совершенно иное. Дословно это звучало так: «Мы надеемся на преемственность власти».


Это было сказано в тот момент, когда у мятежников были успехи, если не считать того, что они не нашли Эрдогана и не смогли его арестовать. Тем не менее, никаких оснований полагать, что мятеж вскоре закончится неудачей, на тот момент не было. Поэтому заявление Керри – одного из высших должностных лиц Соединенных Штатов – все восприняли как официальную позицию США, состоящую в том, что Штаты фактически приветствуют смену власти в Турции.


Однако, когда стало понятно, что переворот не удался, и единственных фактором, который подтолкнул военных к мятежу, могли быть Соединенные Штаты, Эрдоган сразу же об этом заявил. И оказался прав: на сегодняшний день уже набрался критический массив прямых и косвенных доказательств участия спецслужб США в этом госперевороте.  США надеялись провернуть  в Турции сценарий, сходный с египетским, когда к власти с помощью армии пришел фельдмаршал ас-Сиси. Но не получилось. Хотя эту неудачу США рассматривают как временную и не отказываются от повторения попытки организации аналогичного мятежа в ближайшем будущем: просто, говорят они, турецкая армия на этот раз дала досадную осечку. Больше такого не повторится.


Очевидно, что американцы не успокоятся, и будут готовить следующий госпереворот. Единственная сила в стране (кроме националистов и исламистов), на которую Эрдоган может опереться, это армия. Поэтому он и начал там проводить чистки. В отставку был отправлен практически весь офицерский корпус. Соединенные Штаты же заявили о том, что они не отступят от дела распространения демократии, и амбиции Эрдогана не станут для них особым препятствием. После этого Эрдоган и блокировал эту военную базу.


В первую очередь, Эрдоган арестовал летчиков, которые поддержали путч. Ведь самолеты, которые наносили удары по Анкаре, как раз заправлялись за счет натовских запасов топлива на этой базе. Когда база была взята в оцепление, Соединенные Штаты тут же заявили о том, что дни Эрдогана сочтены, как любого диктатора, и штурм базы станет для него окончательным приговором. Диктаторы, по мнению Вашингтона, в демократическом мире не имеют шансов на продолжение карьеры.


И Эрдоган это понял как прямую угрозу режиму, поэтому в Турции начались чистки, уничтожение любой, даже системной, оппозиции. Американцы считают, что это конец Эрдогана. Действительно, он сейчас – один против всех. Значит, есть угроза очередного военного переворота в будущем. Вот Эрдоган и решил заполучить новые аргументы, заблокировав натовскую базу с ядерным оружием. А ядерное оружие в руках Эрдогана – это серьезный аргумент.


— То есть, Эрдоган собирается этим оружием шантажировать Соединенные Штаты?


— Безусловно. Когда у человека на руках ядерные боеголовки, с ним так просто уже не поиграешь. Мало ли чего он решит? – Рядом та же Европа, другие американские базы. Мало ли куда это прилетит? Когда ядерное оружие попадает в руки любого диктатора, он становится практически неуязвим. По крайней мере, так считает Эрдоган.


Однако, если так произойдет в действительности, то это станет прямым поводом для возможного исключения Турции из НАТО, где всем заправляют американцы. А это, в свою очередь, может стать началом цепной реакции дальнейшего распада и может вообще повлечь развал НАТО, поскольку  турецкая армия — вторая по численности и, может быть, даже первая по боеспособности.


— Какой теперь выбор у американцев?  Договариваться с Эрдоганом?


— Американцы договариваться с ним не будут. Это очевидно. Свои намерения они уже в явном виде обозначили – сместить Эрдогана любой ценой и, пока что, чужими руками – скорее всего, руками уцелевших турецких военных. Поэтому никакая примирительная риторика американцев не заставит Эрдогана им поверить. Они это прекрасно понимают.


Вместе с тем, реализацию своих истинных намерений Вашингтон обязательно будет сопровождать разного рода отвлекающими маневрами и демонстрациями: не случайно Госсекретарь США Джон Керри собирается посетить с визитом Турцию в конце августа.


Об этом в четверг, 4 августа, сообщил The Hürriyet Daily News со ссылкой на телеканал CNN Türk. Тема визита Керри – «последствия попытки госпереворота, предпринятой в стране 15 июля».


Но, если Керри планирует вести переговоры с турецким президентом также, как он это делал в Москве, то этот визит не принесет никаких результатов и отношения между Турцией и США не разрядит, хотя и даст Керри личные имиджевые дивиденды. О нем будут говорить, что он, хотя и «ничего реально не сделал», но все же «не сидел, сложа руки». Отчасти же визит Керри – это попытка противостоять нам в налаживании отношений с Турцией: ведь через несколько дней Эрдоган встретится с Путиным в Санкт-Петербурге.


— Так вот первое, что пришло в голову, Керри едет в Турцию затем, чтобы нивелировать договоренности Эрдогана и Путина…


— Именно так. По сути же американцы будут блокировать Эрдогана со всех сторон. Будут пытаться на него воздействовать со стороны натовских структур и готовить новое вооруженное выступление изнутри страны. Будут работать с оставшимися военными элитными группировками, которые тоже совсем не однородны. Поэтому новый переворот вполне реален. Но не сейчас. В перспективе.


— Не очень понимаю. Ну, загонят Штаты Эрдогана в угол, так он как медведь будет обороняться. Где гарантия того, что он не применит то же ядерное оружие?


— Гарантии — никакой. Эрдоган уже загнан в угол, обратного пути ему нет. Он и так уже один против всех. Это колоссальный риск. Если раньше у Эрдогана были какие-то балансиры и сдерживающие моменты, то теперь их нет. Единственная соломинка – это отношения с Российской Федерацией. Это его единственное «окно в Европу», остальное – «форточки». Но, пойдя на конфликт с армией, Эрдоган свою игру начал и отступать ему некуда. Независимо от того, как она будет складываться, он ее доведет до конца.


— Так, а наша позиция какова? Мы поддерживаем Эрдогана или выстраиваем баланс со Штатами (где, кстати, скоро сменится администрация)?


— Наша позиция следующая: мы не поддерживаем конкретных лидеров. Мне не поддерживаем ни Эрдогана, ни Асада – мы выступаем за соблюдение основополагающих принципов международного права. Они гласят: легитимные, законно избранные режимы нельзя смещать или менять силовым путем. Поэтому, за какие бы идеалы не выступали путчисты, попытка вооруженного переворота и смещения власти насильственным путем – незаконны. Это наша неизменная позиция.


Что касается Эрдогана. Политика – это искусство многовариантной игры. Как партнер для России, президент Турции, в целом, нам интересен. В первую очередь потому, что у него обострились отношения с Соединенными Штатами. Кроме того, у него довольно плохие отношения с руководством НАТО. А Турция — одна из ведущих стран НАТО. Значит, это каким-то образом расшатывает североатлантическое единство, что может побудить НАТО сфокусировать свое внимание на собственных внутренних проблемах и перестать провоцировать Россию.


В-третьих, Эрдоган находится в сложной ситуации и это вынуждает действовать его по отношению к России в определенной степени честно. То есть, те обещания и договоренности, которые Эрдоган сейчас будет давать, он будет досконально выполнять. Причем в ближайшее же время. То есть, Эрдоган превратился в партнера, с которым в принципе можно работать. И этим надо пользоваться.


— Да, но тут в Соединенных Штатах грядут выборы, как я уже говорил. Такой же надежный партнер у нас может появиться в лице Дональда Трампа. У новой администрации Белого дома может измениться отношение к Эрдогану?


— Я думаю, что да. Если к власти в Соединенных Штатах придет Трамп, то он оставит маниакальные попытки прежней администрации Белого дома (представителей опасной секты обамистов-белодомников) сместить турецкий режим силовым путем. Трамп не будет действовать так, как это делала администрация Обамы. И это будет воспринято Турцией как положительный сигнал. Это с одной стороны.


С другой, Трамп – сильный политик. Мощный и жесткий. Это не хронический «неудачник» Обама. Когда Трамп с кем-то ведет переговоры, для него характерен жесткий, деловой стиль. Поэтому, если раньше Эрдоган мог хитрить с Обамой, то с Трампом у него это не получится. Трамп будет ставить четкие, прямые, конкретные вопросы, и требовать таких же прямых, четких ответов. Эрдоган будет при этом крутиться как «уж на сковородке».


В отношениях с Трампом Эрдогану придется действовать открыто, и все карты выложить на стол. Это, в любом случае, будет позитивным моментом. Если же Эрдоган попытается хитрить с Трампом, то он может и силовые инструменты применить. Следовательно, положение президента Турции станет совершенно незавидным. Или нет (улыбается).


Напомним, выступая на экономическом форуме в Анкаре, президент Турции сообщил, что 9 августа собирается прибыть в Санкт-Петербург, где рассчитывает обсудить с президентом России кризис в отношениях, наступивший после уничтожения Су-24, и экономическое сотрудничество.


Сначала президенты встретятся вдвоем, потом за рабочим завтраком с участием министров. После этого они проведут пресс-конференцию, а завершится день встречей с представителями российских и турецких деловых кругов.


В тоже время, по данным СМИ, госсекретарь США Джон Керри посетит с визитом Турцию в конце августа. Планируется обсуждение последствия попытки госпереворота, предпринятой в стране 15 июля, а также в очередное требование экстрадиции оппозиционного исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена, проживающего в Соединенных Штатах.


Восстановление российско-турецких отношений стало возможным после того, как Эрдоган в послании российскому лидеру выразил соболезнования семье погибшего пилота Су-24 Олега Пешкова и извинился за произошедшее.


 


 
Вячеслав Бочкарёв


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...