Егор Летов — бесконечный русский путь наверх

10.09.2019 20:38

10 сентября 1964 года, 55 лет назад, родился великий русский человек Егор Летов. Поэт, композитор, общественный деятель, экзистенциальный первопроходец. Наше всё.

letov

Русский — это когда один.


Весь последующий текст будет полон категоричных утверждений, столь же смелых, сколь и непривычных – таких же дерзких и сногсшибательных, как песни самого Летова. Попробуйте заранее с этим смириться – или не читайте дальше.


Начать нужно довольно странно – с Владислава Суркова. Точнее, с его тезиса про «глубинный народ», который понимает и чувствует всё всегда верно, так как близок к бытийным корням нашей русской жизни. Почти наверняка, каждый читатель его статьи задавался вопросом: а где его, этот глубинный народ, искать? В глухой таёжной деревне, на машиностроительном заводе, в военном городке, в каких партии, кружке, подполье?


Ответ будет парадоксален: глубинный – то есть, подлинный – русский народ можно отыскать только в единичных личностях. В отдельных одиночках. В тех, для кого русскость стала источником огромной творческой силы и огромной же экзистенциальной боли.


Летов — был такой личностью. Он и был Русским Народом. Говорил от его имени, выражал его страшные противоречивые тайны, питался и сиял его болью, сражался за него, плакал его слезами и держался его надеждами.


Как бы ни было грустно это признавать, нужно сказать честно: русским получается быть лучше всего в одиночку. Это наше национальное благословение – один человек может стать полным вместилищем народного духа и потом передать его в своём творчестве во всей огромной полноте, и в то же время проклятие – далеко не всегда таким одиночкам удаётся добиться признания и понимания без опоры на сообщество единомышленников.


Величина «звезды Летова» такова, что её свет абсолютно затмевает весь прочий «русский рок». Но у этой звезды не было своей планетной системы. Свет её был так ярок и горяч, что сформироваться вокруг него череде уютных мирков просто не получалось. Так же не было своей «планетной системы» у Пушкина или Достоевского – ни учеников, ни сподвижников. И те, и другие появились гораздо позже, после их смерти.



«Звёздная величина» (не в попсовом смысле) творческого человека измеряется тем, на какие вечные и страшные вопросы он замахивается, в какие тайны заглядывает, какие неизмеримые дали и бездны видит. Вообще это всё дело чрезвычайно опасное, саморазрушительное, и тут каждый решает сам для себя – каким путём пойти. Можно умереть в 27 лет как Александр Башлачёв – спев про «Имя имён», а можно жить до седых подмышек как Андрей Макаревич с его «Левый поворот, пам-пам-пам, и мотор ревёт».


Смотреть в бездну слишком долго человеку не дано. Но если не смотреть в неё, то наша общая человечность как таковая многое теряет. Летов взял этот непомерный и опасный труд на себя за всех нас и далеко на будущее, для потомков: «Я сразу скажу, что если ты решился творить и стал в себя погружаться, то неминуемо — НЕМИНУЕМО — придешь к неким собственным корням. И к национальным. И дальше… глубже… к общечеловеческим. И еще глубже, наверное! Тут даже не надо никаких усилий нелепых прилагать, это само собой, самым естественным образом происходит. Изнутри. Словно в водоворот попадаешь. В воронку. Надо только найти в себе силы добраться до этого Потока, войти в него, а остальное — само придет».


И вот сейчас, сказав о главном, можно перейти к практическим выводам: а что Летов видел там, в этой русской бездне, она же – сама суть нашего народа? Как можно в кратких и ёмких терминах это описать?


Коротко: отыскание абсолютной жизни в сердцевине абсолютной смерти через полную беспощадность к себе.



Все главные песни Егора, все его «программные» интервью были об этом – «Свобода», «Про дурачка», «Прыг-скок» и множество других песен и стихов. Весь пафос Летова заключался в том, что он свято, проверив на собственном опыте, верил в то, что человек МОЖЕТ – может преодолеть все свои земные бытовые оковы самости, трусости, животного «самосохранения», приземлённого ума и увидеть ТАКОЕ, что «руками не потрогать, словами не назвать»:


«Есть секунды, их всего зараз приходит пять или шесть, и вы вдруг чувствуете присутствие вечной гармонии, совершенно достигнутой. Это не земное; я не про то, что оно небесное, а про то, что человек в земном виде не может перенести. Надо перемениться физически или умереть. Это чувство ясное и неоспоримое. Как будто вдруг ощущаете всю природу и вдруг говорите: да, это правда. Бог, когда мир создавал, то в конце каждого дня создания говорил: «Да, это правда, это хорошо». Это… это не умиление, а только так, радость. Вы не прощаете ничего, потому что прощать уже нечего. Вы не то что любите, о — тут выше любви! Всего страшнее, что так ужасно ясно и такая радость. Если более пяти секунд — то душа не выдержит и должна исчезнуть. В эти пять секунд я проживаю жизнь и за них отдам всю мою жизнь, потому что стоит. Чтобы выдержать десять секунд, надо перемениться физически».



Эти строки из «Бесов» Достоевского (любимого писателя Летова) и принадлежат Кириллову (любимому герою) — в них нет никакого преувеличения и натяжки: Летов многократно умирал не только в метафорическом, но и в совершенно буквальном, медицинском смысле. Очень болезненный ребёнок, «не жилец», он в детстве пережил несколько клинических смертей, периодически это же с ним происходило и во взрослом возрасте (репортажем с «места события» стала песня «Реанимация»), и в целом – смерть была какой-то странной, имманентной стороной его жизни. Он был неким живым мертвецом, загадочно соединявшим в себе оба полюса реальности – легендарная «Про дурачка» была написана в энцефалитном бреду, при высокой температуре, не спадавшей больше месяца. Как может человек, общее состояние здоровья которого всегда описывалось словом «дохлый», вынести такие экстремумы – в голове не укладывается. «То, что мертво, умереть не может». Про «весёлые трупы, через которые происходят важные дела» же были и некоторые летовские песни – «Мёртвые», «Танец для мёртвых» и т.п. — да и та же «Про дурачка».



Это и есть наша главная русская тайна – чем больше беспощадности к себе, тем меньше смерти. Смерть боится таких как мы. «Действуйте так, чтобы смерть бежала от вас в ужасе» — так напутствовал сторонников «Русского прорыва» Егор в первой половине 90-х, когда активно занимался патриотической политикой.


В смерти Летова 11 лет назад не было ничего трагического и скорбного, никакие стенания про «прерванный полёт» и недопетую песню тут неуместны – человек выложился весь. Выложился так, как никому и не снилось. Успел всё и при этом же — ухитрился даже в последнем альбоме «Зачем снятся сны?» не продемонстрировать ни единого признака творческого дряхления. Казалось, что запас его творческих сил и ждущих воплощения идей – просто неисчерпаем. 99% рокеров о таком могли и могут только мечтать.


Летов – это тот фундамент, тот краеугольный камень, на котором каждый русский человек может построить нужное ему духовное строение. И очень красноречивое подтверждение этого факта – альбом каверов, которые записали НУ ОЧЕНЬ разные люди.  Разные – но объединённые Егором. Причём, что характерно, это уже не «поколение 80-х», а сильно позже.



Каждому русскому Летов созвучен до дрожи, до самого тайного эха души. По этой же причине переводить его на другие языки бесполезно (извините, Massive Attack с кавером «Всё идёт по плану» — но это так) как и Пушкина. Непереводим сам его ОПЫТ.


А нам этот опыт доступен – потому что мы с ним принадлежим к единому корню. Нам всем чертовски повезло, что мы были его современниками. Постигнуть Летова – значит понять русский народ и, в конечном счёте, самих себя. И за этим постижением открываются ошеломляющие перспективы…


P.S. Если ты, дорогой читатель, всё ещё с недоумением думаешь, зачем столько красивых слов было сказано в адрес какого-то хриплого чувака, который на трёх аккордах (на четырёх, если быть точными) спел эту самую «Всё идёт плану» и чего-то там ещё с матами и посредственным звучанием – рекомендуем прочесть интервью «200 лет одиночества» и «Приятного аппетита!». Вот прямо взять сейчас, отвлечься от важнейшего сёрфинга в пустоте – и прочесть.



Григорий Игнатов


Обращаем ваше внимание что следующие экстремистские и террористические организации, запрещены в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).

Закрыть

Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Новости партнеров

Новости партнеров

Загрузка...

Загрузка...