Загрузка...

Евгений Бень: Конфликт Ирана и саудитов может осложнить борьбу с терроризмом

06.01.2016 14:28

Если начнется мясорубка, это будет большое несчастье. На какое-то время это будет выгодно той или иной стороне, но последствия никому не известны...

iran


В Саудовской Аравии 2 января казнили 47 человек, обвиненных в причастности к терроризму. Среди убитых был известный шиитский проповедник Нимр аль-Нимр.


Иран сразу же осудил казнь, назвав ее бесчеловечным актом, и обвинил саудовские власти в пренебрежении правами человека. МИД Королевства вызвал посла Ирана в Эр-Рияде и вручил ему ноту протеста.


В свою очередь Саудовская Аравия в ночь на 4 января объявила о разрыве дипломатических отношений с Ираном после того, как демонстранты атаковали диппредставительство Королевства в Тегеране, сообщает агентство Reuters. Спустя некоторое время ее примеру последовали Бахрейн и Судан.


Министр иностранных дел Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр заявил, что события в столице Ирана являются нарушением международных конвенций, и обвинил руководство республики в дестабилизации обстановки в регионе.


«В связи с последними событиями Королевство приняло решение разорвать дипломатические связи с Ираном и призывает всех сотрудников иранской дипмиссии покинуть территорию Саудовской Аравии в течение 48-и часов», — заявил Адель аль-Джубейр на пресс-конференции.


О том, к каким последствиям может привести новый конфликт на Ближнем Востоке, кто за ним может стоять и какова возможная роль России в урегулировании противостояния Саудовской Аравии и Ирана, размышляет наш постоянный эксперт, публицист и политолог Евгений Бень…


фото Бень


— Евгений Моисеевич! Кажется, в ближневосточном хаосе «все против всех» прибыло… Дело движется к большой войне в регионе?


— Если рассматривать ближневосточные политическую и экономическую составляющие, то в этом регионе три лидера: Иран, Израиль и Саудовская Аравия. Хотя Израиль можно в данном случае вывести за скобки, поскольку это не исламское государство. Во-вторых, Израиль находится в той небольшой точке, в которой смыкаются Европа, Азия и Африка. Поэтому остановимся на двух лидерах исламского мира на Ближнем Востоке.


Ситуация дополняется еще и тем, что Саудовская Аравия является основой исламского мира – там находятся Мекка и Медина. Эти места священны для мусульман, прежде всего, суннитов. А Иран является самой мощной из небольшого числа шиитских стран мира. Эти моменты необходимо учитывать.


Сегодня на поверхности лежат прагматические расхождения между этими странами. Саудовская Аравия – давний партнер США, которые теперь пытаются найти общий язык и с Ираном. Соединенными Штатами и другими странами было принято решение о снятии антииранских санкций.


Историческая позиция США «разделяй и властвуй» с внесением хаоса между участниками ближневосточного противостояния известна. Но сейчас США контактируют и с Ираном. В связи с тем, что Саудовская Аравия – крупнейший экспортер нефти, ее антиамериканские интересы состоят в том, чтобы в США интенсивно не разрабатывалась конкурентоспособная сланцевая нефть. И Саудовская Аравия делает все, чтобы играть на понижение цены на нефть.


Одновременно с этим Саудовская Аравия понижением цены на нефть оказывает воздействие на экономику России, которая, как известно, пока энергозависима. Таким образом, саудиты реализуют антироссийские интересы, рассматривая нашу страну среди игроков на Ближнем Востоке.


Саудовская Аравия преследует и антииранские интересы, поскольку после снятия санкций Иран расширяет экспорт нефти. Кроме того, есть попытки успешного взаимодействия Ирана и России. Поэтому Саудовская Аравия ищет пути доминирования в регионе. И такие рычаги у нее есть.


Например, одним из таких рычагов является сам факт того, что большинство мусульман на Ближнем Востоке – сунниты. Кроме того, Саудовская Аравия сейчас успешно взаимодействует с Турцией.


Саудовская Аравия уже создала свою антиигиловскую коалицию. Хотя тот же ИГИЛ-ДАИШ (запрещенная в РФ организация – прим. ред.) вырос из протестного суннитского движения. И понятно, что эта коалиция вряд ли может быть тесно связана с Россией и уж тем более с Ираном.


— Хорошо… А казнь шиитского проповедника, это провокация? Неужели Саудовская Аравия не понимала последствия, а именно негативную реакцию со стороны Ирана?


— Я думаю, что последствия были просчитаны, и они устраивали не только саудитов, но и их союзника Турцию, которая, как известно, отказалась от общего языка с Россией. Кроме того, вероятно, это некий посыл и Соединенным Штатам. Его суть в том, что Саудовская Аравия придерживается своей геополитической линии. Это вполне осознанный шаг. Если же США сегодня все-таки спровоцировали конфронтацию двух стран в расчете на повышение цены на нефть и одновременно на геополитическое сдерживание Ирана, от этого их возможности управлять ситуацией на Ближнем Востоке явно не расширятся. И даже наоборот.


— Не кажется ли вам, что эта провокация зеркальна с турецкой в отношении России, а именно сбитием нашего бомбардировщика?


— Не думаю. Наша ситуация с Турцией связана с тем, что Эрдоган предательски уничтожил наш бомбардировщик в расчете получить покровительство Америки по этому поводу. Однако этого не получилось в той степени, как ожидалось. И деяние Турции в сухом остатке оказалось совершенно иррациональным. А здесь ситуация обусловлена и многовековыми историческими причинами, и элементарным экономическим прагматизмом.


— Вы сказали, что Россия никоим образом не выиграет от этого конфликта. Тем не менее, мировые цены на нефть в воскресенье перешли к росту на фоне конфликта Саудовской Аравии и Ирана… Так, баррель нефти североморской эталонной марки Brent на лондонской бирже ICE на максимуме поднимался на 3,35%, преодолевая отметку в 38, 5 доллара. Можно ли в этом контексте говорить о том, что России выгодно противостояние Ирана и Саудовской Аравии?


— Притом ведь никто в любом случае не знает, что ждать от цен в долгосрочной перспективе. Россия будет гибкой. Она не станет принимать чью-либо сторону. Однако в этой ситуации более внятная позиция у Ирана, а он важен для нас в глобальном плане.


— Да, но ведь Иран вывел свои войска из Сирии в связи с действиями в Сирии ВВС Израиля…


— Вообще об этом пишут в основном израильские СМИ. Но, допустим, что Иран ограничил контингент в Сирии. Все равно масштабной именно военной роли он там не играл. Для противостояния ИГИЛ-ДАИШ на этом этапе нужны более технологичные силы.


В военно-техническом отношении на Ближнем Востоке к уровню России, США и западноевропейских государств приближается только Израиль. Подчеркиваю – приближается, но не соответствует и уж тем более не превосходит. У остальных ближневосточных участников возможности поскромнее.


— А могут ли Соединенные Штаты использовать эту ситуацию в свою пользу? Если да, то как?


— Для Штатов эта ситуация сейчас, на первый взгляд, в принципе неудобна, потому что и саудиты, и Иран расчерчивают свои новые жесткие самостоятельные линии. Тем самым они как бы еще больше «отбиваются от рук» США на Ближнем Востоке. А задача США – в любой момент дергать за ниточки всех участников конфликта. Пусть и при полном хаосе. Тем не менее, конфронтация Ирана с Саудовской Аравией и рядом ее союзников способна осложнить для РФ возможность воздействовать на ближневосточные процессы, т.к. наша страна устойчиво имеет с Ираном взаимопонимание.


Может, США ведут такую многоходовую игру? Официально с Ирана снимаются санкции, выстраиваются какие-то отношения, с другой стороны, Штаты через Саудовскую Аравию хотят там устроить хаос с целью смены режима….


— Я этого полностью не исключаю. Но даже если это и так, то усиление Саудовской Аравии связано с Турцией, которая совершенно отбилась от рук кого бы то ни было. Поэтому, если американцы в этом участвуют, то это опасная игра с огнем. Замутить воду легко, но какой от нее будет химический осадок, предсказать трудно. Так было в Ираке, в Ливии, в Сирии, в Афганистане…


— Ваш прогноз: как будут развиваться события в конфликте Ирана и Саудовской Аравии, и какова в этом будет роль России?


— Я хочу ответить на этот вопрос через исторические обстоятельства, чтобы подойти к пониманию вещей, происходящих на Ближнем Востоке. Это очень важно. С XVI века Иран – именно шиитское государство. Нельзя не учитывать историю суннитско-шиитского узла. Дело в том, что у суннитов и шиитов Бог един – это Аллах, и Мухаммед – пророк его. В христианстве и иудаизме, если человек переходит от одной веры к другой, он не перестает быть христианином или иудеем для бывших единоверцев. Мусульманин же, если меняет религию, перестает быть мусульманином для других мусульман, столь тяжек его грех.


Интересен вот какой момент: для христиан просто необходимо любить людей независимо от их вероисповедования, для иудеев любовь к ближним независимо от принадлежности этих ближних к еврейству вполне естественна. Правоверный же мусульманин, который легко и непринужденно испытывает чувство любви к людям, не исповедующим Ислам, встречается куда реже. Я при этом совершенно далек о того, чтобы умалять роль какой бы то ни было религии в цепи исторических событий.


Очевидно, что между суннитами и шиитами есть очень серьезные противоречия, несмотря на то, что они исповедуют одну религию – Ислам. Парадокс этих противоречий в том, что, если вникать в их корень, то шиизм больше пересекается с немусульманскими авраамическими верованиями.


Например, для шиитов, как и для иудеев, очень важна духовная родовая преемственность от одного поколения к другому. У суннитов – наоборот: они считают главным, что каждый, проявив себя на поле Ислама, может приобрести святость, дух Ислама. Соответственно, такой суннит достоин всех почестей и попадет в рай. Поэтому у суннитов большее экспрессивное стремление к расширению. В силу того социально низкие суннитские слои, к сожалению, оказались более подвержены созданию террористических группировок. Хотя догматический Ислам, суннитский и шиитский, терроризм не приемлет.


Теперь, что касается христианства. У суннитов Христос (Иса) – это только один из пророков. А основная шиитская ветвь признает, что есть Бог – отец, Бог – дух, то есть Христос, и есть пророк Мухаммед – Бога сын. Это – триединство – своеобычная параллель Троицы у христиан.


В шиитских традициях, как и в христианских и иудейских, много иносказаний и аллегорий…


Хотим мы этого или не хотим, но шииты в некотором смысле ближе к русской и европейской цивилизациям. Впрочем, Россия XXI века однако отчетливо и целенаправленно находит общий язык с мусульманами в России и на территории бывшего СССР, а подавляющее большинство из них – сунниты.


Возникает интересный фактор. Мир стремится к тому, чтобы обрести взаимодействие между разными народами, религиями и концессиями. Другого пути нет. И в этом смысле шиитский Иран мог бы выступать стратегическим мостом взаимодействия России с Ближним Востоком – мостом между Россией и ближневосточным исламским миром.


Кстати, иранцы и, например, с евреями много веков находили общий язык. Нынешнее поколение политиков об этом забыло. Тем не менее, на Иран в перспективе можно рассчитывать как на фактор мира. Да и сунниты способны понять Иран – они тоже мусульмане. Энергии распыления на Ближнем Востоке может противостоять энергия объединения. И здесь Россия в будущем могла бы сотрудничать в первую очередь с такими разными участниками, как Иран, Израиль, курды… А Ирану необходимо сгладить противоречия с саудитами и их союзниками.


Очень хочется верить, что эскалация напряженности между Ираном и саудитами не станет необратимой и не приведет к большой войне. Ведь в этом случае и противостоять ИГИЛу и другому терроризму в регионе будет еще труднее.


— А в военно-техническом плане, кто наиболее подготовлен к противостоянию – Иран или Саудовская Аравия?


— Если начнется мясорубка, это будет большое несчастье. На какое-то время это будет выгодно той или иной стороне, но последствия никому не известны. И это будет еще одним страшным просчетом политики Обамы на Ближнем Востоке или следствием ее прежних просчетов, что, в конечном счете, скажется на борьбе с ИГИЛ.


Поэтому очень хочется надеяться, что военного противостояния не будет. Но, отвечая на вопрос, предположу: Иран – более военно-стратегически боеспособное государство.


Официальный представитель администрации президента США Джон Эрнест заявил, что Белый дом обратился к Саудовской Аравии с обеспокоенностью тем, что недавняя казнь шиитского проповедника Нимра аль-Нимра приведет к усугублению кризиса на Ближнем Востоке, сообщает Reuters.


Эрнест напомнил, что США еще до казни неоднократно обращались к руководству королевства с рекомендацией отказаться от задуманного, однако эти доводы так и не были услышаны. «Мы настаиваем на том, что споры между Ираном и Саудовской Аравией необходимо немедленно разрешить. Стороны должны проявить выдержку и не допустить ухудшения ситуации», — добавил представитель администрации.


В Министерстве иностранных дел РФ заявили, что Россия готова взять на себя роль посредника в урегулировании отношений. «Мы всегда выступали за сближение между Тегераном и Эр-Риядом. И мы подтвердили, что могли бы сыграть и посредническую роль, если обе стороны в этом нуждаются. Мы бы это сделали с большим удовольствием», — отметил представитель ведомства.




Вячеслав Бочкарёв


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...