Загрузка...

G20: война отложена. Триумф Владимира Путина

16.09.2013 14:41

Оценки того, что происходило 5-6 сентября на берегу Финского залива дают авторы и эксперты «Журналистской правды».

загруженное

НА ПЕТЕРБУРГСКОМ САММИТЕ «ДВАДЦАТКИ» ПОЛИТИКУ СПРЯТАЛИ ЗА ЭКОНОМИКУ 


Итоги прошедшей в нашей «северной столице» встречи лидеров крупнейших двадцати стран мира отчётливым образом распадаются на экономическую и политическую (даже военно-политическую) составляющие.

Первая из них выражена в «Санкт-Петербургской декларации лидеров “Группы двадцати”» и представляет собой вполне политкорректную и не выходящую за рамки пресловутого «Вашингтонского консенсуса» программу, направленную на борьбу против коррупции, незаконных трансграничных перемещений капитала, сокращение бюджетных дефицитов и госдолга стран-участниц, за привлечение к долгосрочным инвестициям в экономику страховых и пенсионных фондов, создание новых рабочих мест и так далее. Где-то далеко в тексте этого документа спрятано упоминание о пересмотре форм управления и квот голосов таких международных финансовых организаций, как МВФ и Всемирный банк – в пользу «развивающихся экономик», где первыми на очереди стоят Китай и Россия. 

Видимо, для стимулирования этого процесса, который всячески тормозится глобальной бюрократией, «на полях» саммита было принято решение о создании аналогичных институтов БРИКС: банка развития и стабилизационного валютного фонда с общим капиталом в $150 млрд. По сравнению с финансовыми гигантами Запада – это капля в море, но тенденция более чем понятная: доверие к американскому доллару зависит от доверия к его эмитенту, которое буквально «падает стремительным домкратом». Имеется в виду как Федеральная резервная система, о бесконтрольной эмиссии со стороны которой (по сути – узаконенном фальшивомонетничестве, которое стало главной, необходимой и достаточной, причиной нынешнего глобального кризиса) нигде ничего в документах G20-2013 не говорится; так и правительство США, которое заставляет весь мир принимать к оплате эти фальшивые бумажки с портретами американских президентов под угрозой разнообразных военно-политических «акций возмездия».


Возможно, именно это многолетнее «мягкое насилие», порой принимающее весьма жёсткие, жестокие и даже бесчеловечные формы, и является источником антиамериканских настроений в современном мире – настроений, которые так ярко проявились при обсуждении задвинутых в кулуары данной встречи политических проблем, самой острой из которых была проблема сирийская.

Официальный Дамаск, столкнувшись, пожалуй, с самой «продвинутой» формой «цветных революций»: при участии специально подготовленных к боям в населённых пунктах и к расправам над мирным населением террористов, вооружённых самыми современными средствами защиты, поражения и связи, – сумел не сломаться, после длительного периода чувствительных неудач и поражений перейдя в тяжелое, но вполне успешное контрнаступление. Поддержка правительства Башара Асада со стороны России, Китая, Ирана и ливанской «Хезболлы» оказалась не менее эффективной, чем поддержка «вооружённой оппозиции» со стороны западных и салафитских «друзей Сирии». Именно тогда встал вопрос о прямом военном вмешательстве США в сирийский конфликт, о том, чтобы американские «Томагавки» расчистили предателям и людоедам путь на Дамаск.

Единственным поводом для этого Барак Обама назвал применение правительственными войсками химического оружия против мирного населения. И именно это – прямо как по заказу! – произошло. Практически все глобальные масс-медиа со ссылкой на все тех же «вооружённых оппозиционеров» сообщили о том, что армия Башара Асада применила зарин в пригороде Дамаска, жертвами чего стали сотни (максимальная цифра, «гулявшая» в информпространстве – почти полторы тысячи) мирных жителей. Сообщение подтвердили и министерство обороны Великобритании – как факт, и министерство иностранных дел Франции – как свидетельство в пользу военного вмешательства. Логика поражала: «Кто бы ни применил зарин, ответственность за это несёт правительство Асада, которое подобное допустило». Если следовать этой логике, то и правительство Франции надо казнить за все те преступления, которые совершаются на территории этой страны.

В Санкт-Петербурге этих утративших чувство реальности и человеческий облик политиков совместными усилиями удалось немного привести в чувство. Сирийский конфликт будет решаться не военными, а политическими методами, не на поле боя, а за столом переговоров. Надежд на то, что он будет решён именно так, честно говоря, практически нет. Но «худой мир лучше доброй ссоры», и «заморозить» его наподобие таких же «замороженных» конфликтов на постсоветском пространстве: в Нагорном Карабахе, в Приднестровье, в Абхазии и Южной Осетии, – вполне реально. А там, глядишь, и с главным источником всех этих конфликтов что-то может произойти…

Дмитрий Владыкин



ВЗГЛЯД КОНФЛИКТОЛОГА


Усилиями Владимира Путина политические проблемы, и прежде всего проблема международной акции «наказания» Башара Асада, которую усиленно накачивали Соединённые Штаты под предлогом применения химического оружия против мирного населения в Сирии, оказались вынесены «за поля» саммита «Группы двадцати».

Более того, столкнувшись с тем, что противодействие этой акции со стороны участников саммита, прежде всего России, оказалось чрезвычайно серьёзным, Барак Обама не решился отдать приказ о нанесении ударов по Сирии. Сначала он «расширял» список целей, для чего у американских военных на Ближнем Востоке пока просто не хватает нужного числа самолётов и крылатых ракет. А затем и вовсе отложил эту авантюрную затею – благодаря российскому предложению об установлении международного контроля за химическим оружием, находящимся в распоряжении правительственных войск.

Конечно, у агрессии против Сирии есть немало противников во всём мире – мы знаем об отказе Великобритании и НАТО участвовать в военной операции, есть немало противников и внутри США – по данным разных социологических опросов, эту акцию не поддерживают от 51% до 58% американцев. Но без твёрдой позиции России и самого Путина удара, который мог стать прологом начала большой войны на Ближнем Востоке, вряд ли удалось бы избежать.

Важно также и то, что Путину удалось каким-то образом заставить Обаму согласиться со своими аргументами, а весь сопутствующий антураж: «Заявление одиннадцати» против применения химического оружия, маневры военных кораб­лей, воинственная риторика насчёт 90 дней непрерывных точечных ударов и так далее, – не более чем удачная «операция прикрытия» этого простого и очевидного факта. Возможно, будущие историки назовут саммит в Санкт-Петербурге поворотной точкой политического процесса, когда Соединённые Штаты утратили глобальную инициативу, но поворот этот был очевиден ещё на июльской встрече «восьмерки» в Лох-Эрне, где Путин, вопреки всем тогдашним ожиданиям, не только не сдал Башара Асада, но и сам избежал официального зачисления в группу «плохих парней». Хотя вероятность такого развития событий расценивалась как исключительно низкая.

Шамиль СУЛТАНОВ,

президент центра стратегических исследований «Россия – исламский мир».



ВЗГЛЯД ЭКОНОМИСТА

Политика фискальной консолидации, то есть сокращения дефицита бюджета и госдолга, не приводит к свёртыванию экономического роста», – с этим выводом участников Санкт-Петербургского саммита «Большой двадцатки» согласиться очень сложно. Даже не специалист в области экономики, а обычный здравомыслящий человек понимает, что сокращение дефицита бюджета и госдолга означает сокращение государственных расходов, которые поддерживают платёжеспособность национального потребительского рынка, а следовательно и объём производства. Хотя в условиях глобальной рецессии, когда экономического роста нет, или вообще идёт спад производства, «протащить» идею о том, что дважды два – это пять, намного легче.

Что будет означать данная идея применительно к России, мы, к несчастью, уже знаем.

6 сентября на саммите G20 министр финансов РФ Силуанов предложил равномерно по министерствам и ведомствам сократить на 5% все расходные статьи (кроме социальных), – то есть фактически провести секвестр бюджета, как в преддефолтном 1997 году!

При всей моей нелюбви к либералам, которые вели Россию к дефолтной катастрофе в середине 90-х годов и которых я наблюдал со слишком близкого расстояния, тогда в бюджете действительно не было денег – и не только из-за гомерического воровства, но и в силу плохой внешнеторговой конъюнктуры. Сегодня же неиспользуемые остатки средств на счетах возглавляемого Силуановым Минфина, по его собственной официальной отчётности, превышают 7 трлн. рублей, из которых более 1,2 трлн. даже не выведено за границу в Резервный фонд и Фонд национального благосостояния, а просто лежат в бюджетном загашнике.
По итогам первого полугодия мы вместо запланированного бюджетного дефицита в сумме 521,4 млрд. рублей получили 318 млрд. рублей профицита. При этом за рубеж утекло более $38 млрд., или свыше 1,2 трлн. рублей. Вот где надо проводить секвестр, а не в российском бюджете!

Михаил ДЕЛЯГИН,

доктор экономических наук, председатель Президиума и научный руководитель Института проблем глобализации (ИПРОГ).


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...