«Геноцид уйгуров» — корыстная подоплёка обвинений США

Под занавес своей властной карьеры, госсекретарь США Майк Помпео осчастливил мир заявлением, что КНР проводит геноцид уйгуров. Ему хорошо — не сегодня завтра покинет свой пост, а крайне серьёзное обвинение уже прозвучало, такими словами впустую не бросаются — и что потом новому руководству Белого дома с этим делать? Дезавуировать, подтверждать?

Как все отлично в курсе, США с каждым годом всё более «неровно дышат» по отношению к Китаю — чем сильнее китайская экономика и слабее американская, тем почему-то всё больше и больше находится ужасных преступлений Пекина против человечности и тому подобного. Не Тибет – так Гонконг, не Гонконг – так Тайвань, не Тайвань – так Синьцзян: везде американцы выражают вот прямо крайнюю озабоченность китайскими делами, и озабоченность не словесную только, а весьма деятельную, активную и пронырливую поддержку всего антипекинского, от финансовой и медийной – до дипломатической и военной.

Но всё-таки — это критический рубеж. Обвинения в геноциде — это уже та красная черта, за которой международное бездействие невозможно. До сих пор так не было, и даже в Тибете американская риторика использовала метафору «культурный геноцид», что явно было просто гиперболической условностью. А у Помпео уже — никаких метафор: «I have determined that the People’s Republic of China is committing genocide and crimes against humanity in Xinjiang, China, targeting Uyghur Muslims and members of other ethnic and religious minority groups» («Я установил, что Китайская Народная Республика совершает геноцид и преступления против человечности в Синьцзяне, Китай, преследуя уйгурских мусульман и членов других этнических и религиозных меньшинств» — перевод с англ.) Точка.

К причинам, почему США обратили своё «око Саурона» именно на Синьцзян, перейдём далее, а пока давайте разберёмся — как там вообще обстоят дела, у этих уйгуров? Что, в самом деле всё так плохо?

Начать нужно с корректности формулировки: геноцид, согласно Оксфордскому словарю, это «истребление отдельных групп населения или целых народов». Не плохое обращение, унижение, порабощение или дискриминация — а ИС-ТРЕБ-ЛЕ-НИ-Е! Уже в самом термине Помпео безбожно солгал: ни о каком истреблении всех уйгуров речи абсолютно не идёт, и вся тамошняя система «нарушений прав человека» никак на таковое истребление не направлена. Итак, первая брехня обнаружена без особого труда.

Ладно, окей — пускай не геноцид, но «crimes against humanity» ведь там есть? Давайте разберёмся в истории и этого вопроса.

Эта история сложна и запутана, и тянется назад как минимум на десятилетий (вообще-то — на века). Но ограничимся 80-ми годами прошлого века, когда Китай в пику Советскому Союзу помогал афганским моджахедам, и сквозь пальцы смотрел на возникающие «культурные связи» между тамошними радикальными исламистами и мусульманским населением Восточного Туркестана. Связи эти росли и крепли, и закономерным образом подогревали местный сепаратизм радикальным коктейлем антикитайского шовинизма и неприятия светского, более того — атеистического, государства. Всё это ехало-ехало по обычным в таких случаях рельсам, пока не приехало к июлю 2009 году, когда в Урумчи разразился антикитайский погром, в котором было изрублено топорами и зарезано около двухсот этнических китайцев, а остановить весь этот «народный энтузиазм» смог только огонь на поражение.

Только тут в Пекине осознали, как далеко зашла проблема с радикализацией местных мусульман. Связанное с другими международным террористическими организациями Исламское движение Восточного Туркестана оказалось мощным и влиятельным региональным фактором. Чуть позже именно оно тысячами отправляло своих сторонников в Сирию, набираться боевого опыта – в рядах сами понимаете кого.

И вот тогда Пекин с истинно китайским размахом, неплохо знакомым по Культурной революции, борьбе с воробьями и «большому скачку», начал действовать. Размах, разумеется, соседствовал с массой «щепок» от такой «рубки леса». Но, в то же время, было бы очень наивно и лицемерно утверждать, что там «творилось нечто неописуемое» и «кровь стынет в жилах». Напротив, практика, которую там применили, была в общем и целом достаточно заурядной — и если не считать именно размаха, то общепринятой. В том числе — и в странах, считающихся «эталоном демократии».

Всеобъемлющая система видеонаблюдения? Это пошло от британской борьбы с ирландскими террористами ещё в 70-х годах, когда по Лондону была развёрнута масштабнейшая сеть камер — тогда ещё не видео, а теле. У граждан, которых снимали без их разрешения, никто, само собой, позволения не спрашивал. Это уже геноцид или ещё нет?

Сегодня система полицейского видеонаблюдения есть абсолютно во всех крупных городах мира — и почему-то камеры слежения Нью-Йорке никак права человека не нарушают, а вот камеры в Урумчи — нарушают просто катастрофически.

Запрет на все виды холодного оружия, даже его бытовых форм? Да, пожалуй, это унизительно, когда при покупке кухонного ножа тебя заставляют гравировать на нём личный QR-код, но «стыд глаза не выест», а две тысячи раскрытых за последние годы террористических ячеек — это тоже кое о чём говорит в плане обоснованности таких мер.

Система социального рейтинга? Опять же, можно дискутировать о формате такого социального эксперимента, даже о риске дискриминации, но тема слишком сложная, чтобы её свести к простому выводу. По крайней мере, подобная система баллов работает для ВСЕХ китайцев, то есть конкретно уйгуров никто этим специально и целенаправленно «ущемить» не хотел.

И, наконец, пресловутые «лагеря перевоспитания», которые являются главным доводом в аргументах «борцов с геноцидом». Да, такая практика там есть — и она для Китай явно не нова, учитывая наработанный опыт «отправки в деревню на перевоспитание» пятидесятилетней давности. К уйгурам применили меры, которые ранее применяли китайцы сами к себе и потому о какой-то специфически расовой или этнической дискриминации говорить не приходится. Несмотря на сам факт того, что подобные места, скорее всего, ничуть не более уютны, чем лагеря для интернированных японцев в США в годы Второй Мировой или лагеря для временного проживания мигрантов в современном ЕС, считать их аналогом «лагерей смерти» – дикое и бессовестное передёргивание. Хотя бы уже просто потому, что обычный срок пребывания там исчисляется не годами, а месяцами. И о какой-либо мало-мальски массовой смертности там никто не слышал — хотя, разумеется, очень ищут. Впрочем, с этими учреждениями вообще сложно разобраться, что правда, а что ложь — и с западной, и с китайской стороны.

Но даже такие лагеря «кое на что сгодятся» в плане серьёзного нажима на Китай — ведь там же… это… рабский труд! Во всех местах лишения свободы на планете, включая американские — труд всегда свободный, творческий и радостный, а вот в Синьцзяне — исключительно рабский, аж страшно! Но ради утверждения такой точки зрения в Вашингтоне на полном серьёзе готовы жертвовать десятками, а то и сотнями миллиардов долларов американских доходов — ведь оказалось, что «Согласно расследованию The Washington Post и Tech Transparency Project, такие мегакорпорации, как Apple, Amazon и Tesla пользуются услугами китайского поставщика деталей, подозреваемого в использовании рабского труда мусульман. Tech Transparency Project сообщает, что обнаружил документы, описывающие как компания Lens Technology на своих фабриках использует “тысячи уйгур из мусульманского региона Китая”». «Тысячи уйгур» – это, конечно, крайне серьёзно. Целая небольшая фабрика! Геноцид уйгурского народа as is!

В общем, к натяжкам и передёргиваниям Вашингтону всегда было не привыкать — хоть когда нашли «геноцид албанцев в Косово», хоть когда «обнаружили» оружие массового поражения у Саддама Хусейна. «Никогда такого не было — и вот опять!». Надел белое пальто — и всё, стоишь красивый, а все вокруг нарушают права человека.

И, наконец, о смысле всего этого кривляния. Синьцзян — ключевой хаб логистического маршрута «Один пояс, один путь», мегапроекта, охватывающего всю Евразию и крайне важного для КНР. Что тут ещё нужно добавить? Только старую шутку про то, что в странах, где есть нефть, всегда обнаруживается катастрофическая нехватка демократии…

 


Обращаем ваше внимание что следующие экстремистские и террористические организации, запрещены в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).

16+
16+

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Правила использования материалов

Информационные тексты, опубликованные на сайте jpgazeta.ru могут быть воспроизведены в любых СМИ, на серверах сети Интернет или на любых иных носителях без существенных ограничений по объему и срокам публикации. Цитирование (републикация) фото-, видео- и графических материалов ЖП требует письменного разрешения редакции ЖП. При любом цитировании материалов на серверах сети Интернет активная ссылка на газету «Журналистская Правда» обязательна. 18+

© 2020 ЖУРНАЛИСТСКАЯ ПРАВДА 18+