Загрузка...

Глядим ли мы сегодня в небо?

23.07.2013 13:27

Беседа с главным редактором журнала «Российский космос», дважды Героем Советского Союза лётчиком-космонавтом Виктором САВИНЫХ.

KMO_062205_00613_1_t210


ВЕЗДЕ НУЖНЫ ПРОФЕССИОНАЛЫ

«ЖП». Виктор Петрович, как Вы пришли в космическую журналистику? Когда и почему случилось, что космонавт вдруг решил возглавить журнал?

Виктор Савиных. Это было скорее не мое решение, а руководства Роскосмоса, которое семь лет назад задумалось о том, почему у них до сих пор нет своего печатного издания. Ко мне обратились с предложением стать главным редактором нового общественно-политического и научно-популярного журнала. Я ни минуты не раздумывал: настолько интересными и заманчивыми показались открывающиеся передо мной перспективы.

Так начался новый этап в моей жизни. Свою работу я начал, естественно, с подбора коллектива. Постепенно у нас собралась команда единомышленников: журналисты, редакторы, руководители, верстальщики, корректоры. И вот уже семь лет наш журнал живёт.

«ЖП». Что сложнее: быть космонавтом или главным редактором журнала?

В. С. В каждой работе есть свои трудности, радости, огорчения. Безусловно, быть главным редактором непросто – это подтвердит всякий, кто хотя бы несколько месяцев возглавлял печатное издание. Но сравнивать эту работу с работой космонавта было бы не совсем корректно. За более чем полувековую историю пилотируемой космонавтики на орбите побывал всего 531 человек, из них наших соотечественников – 115 человек. Космонавт – это невероятно сложная, ответственная, рискованная, я бы даже сказал, героическая профессия, в которой, тем не менее, есть место определённой доле романтики.

«ЖП». Жорес Алферов как-то посетовал, что сегодня практически нет научной журналистики, по крайней мере, в ней осталось очень мало профессионалов. А те, кто приходит на интервью, не просто не всегда в теме, а порой даже не понимают, о чём нужно спрашивать. А как у нас в стране обстоят дела с космической журналистикой? Какие бы имена Вы могли выделить?

В. С. Полностью соглашусь с Жоресом Ивановичем. В те времена, когда летал я, космос был в фаворе, поэтому и космическая журналистика была на подъёме. О чём тогда писали? О стартах, о космонавтах, о людях этой отрасли, о достижениях.

Сегодняшний читатель изменился по сравнению с читателем 60-х—80-х годов прошлого века. Изменились и журналисты. Большинство из них выискивает только плохое, скандальные и жареные факты. Тем более, состояние отрасли в данный момент таково, что позволяет им это делать. Смею вас уверить, что аварий и неудач во времена становления космонавтики было ничуть не меньше, чем сегодня. Просто перед прессой тогда стояли совсем другие задачи, с которыми она, нужно сказать, блестяще справлялась. Сегодня же приоритеты поменялись.

К счастью, в нашем журнале трудятся прекрасные специалисты. Например, Екатерина Белоглазова, у которой за плечами опыт инженерной работы в НПО «Энергия», работала она и в Центре управления полетами, прекрасно разбирается в космической тематике. Другие журналисты, пришедшие к нам из «некосмической» журналистики, на сегодняшний день оказались уже полностью, что называется, в теме. Так что с полным правом могу назвать коллектив журнала высокопрофессиональным.

«ЖП». На кого рассчитан журнал «Российский космос»? Кто является вашими читателями, только лишь сотрудники ракетно-космической отрасли?

В. С. Он рассчитан на самую широкую публику. Мы ни в коем случае не зацикливаемся на сотрудниках только нашей отрасли. Конечно, если бы наши финансы позволили нам тратить на рекламу более значительные средства, мы смогли бы в разы увеличить свою аудиторию.

«ЖП». А какая-то помощь со стороны государства существует?

В. С. Сегодня, к сожалению, её почти нет. Приходится крутиться самим. У нас есть свое небольшое издательство, издаём книги, проспекты к различным значимым событиям в аэрокосмической жизни – таким, как салоны МАКС или Ле Бурже.

«ЖП». Часто ли Вы привлекаете авторов со стороны: кого-то из космонавтов, конструкторов, руководящего и инженерного состава отрасли?

В. С. Я с удовольствием привлекаю к работе над журналом всех, кто интересуется космонавтикой, любит её и разбирается в ней. У нас есть постоянные внештатные авторы, сотрудничающие с нами уже не один год. Например, очень интересные материалы пишет Владимир Губарев, которого я знаю ещё со времён его работы в «Комсомолке» и «Правде».

А вот космонавты и инженерно-конструкторский состав, к сожалению, пишут нам редко. Но мы нашли выход – никогда не упускаем возможности взять интервью у них.

«ЖП». Вы читаете материалы, посвящённые космической тематике, которые публикуются в других изданиях? Часто находите там различного рода ляпы? Как реагируете в таких случаях? Не возникает желания сразу же позвонить или написать, чтобы исправили? 

В. С. По мере возможностей стараюсь читать. Но, честно говоря, кроме моего журнала и «Новостей космонавтики», других серьёзных изданий не нахожу. Да, во многих газетах и журналах периодически появляются какие-то материалы, посвящённые данной тематике. Правда, в основном это бывает накануне 12 апреля или когда в отрасли случается какая-то авария или финансовый или коррупционный скандал. Читаю Сергея Лескова, Юрия Батурина, да вот, пожалуй, и все.

Если говорить о каких-то ляпах, то, конечно, в материалах профессионалов их практически не бывает. У дилетантов же – сколько угодно. Разумеется, мириться с этим не могу. Очень часто хочется найти этого горе-автора, посмотреть ему в глаза и спросить, как ему не совестно такое писать?! Правда, в силу своего возраста и опыта старюсь не связываться.

ПОКОЛЕНИЕ БЕЗ ЗВЁЗД

«ЖП». Мне очень жаль, что в России не существует телевизионного канала, подобного американскому NASA TV, по которому в прямом эфире можно смотреть все запуски, как пилотируемые, так и непилотируемые, и даже подготовку к ним. Там транслируют предстартовые интервью с космонавтами и видео с орбиты – можно увидеть, чем они занимаются в течение рабочего дня, стыковку и расстыковку космического корабля со станцией, выходы в открытый космос, посадку спускаемого аппарата… У нас такого, к сожалению, нет. Но ведь появление подобного телеканала сыграло бы огромную роль в популяризации космонавтики в нашей стране. Когда-нибудь мы к этому придем?

В. С. Начнем с того, что NASA TV – это целая индустрия. Наша же телестудия Роскосмоса была создана для того, чтобы готовить отдельные сюжеты для канала Россия-24, создавать документальные фильмы по истории космонавтики, и не более того. Конечно, хотелось бы иметь постоянный выход на широкую публику. Но сие зависит не от нас. Это должно решаться на государственном уровне.

«ЖП». Я знаю, что телестудией Роскосмоса был снят фильм-урок из космоса «Наш дом – Земля», который в какой-то мере можно считать продолжением традиций некогда любимой передачи прославленного космонавта А. А. Сереброва. Кстати, весной этот фильм был номинирован на Каннский фестиваль. Так вот, когда телестудия предложила министерству образования и науки провести единый космический урок или классный час по всей стране в день юбилейного запуска первого искусственного спутника, то не нашла там понимания и поддержки. Чиновники под каким-то благовидным предлогом отказали. Получается, это никому не нужно?

В. С. У меня, кстати, была похожая идея: 1 сентября отправить во все школы космонавтов и сотрудников ракетно-космической отрасли. Написал соответствующую бумагу Л. И. Швецовой. Она поддержала мою инициативу, спустила бумаги в школы, но… откликнулись только две или три. Почему? Мне совершенно не понятно. Хотя ладно, на День знаний могут выступать городские руководители, различные чиновники от образования. Но не провести подобный урок в День космонавтики 12 апреля – я считаю, просто преступление. Но я не отчаиваюсь, в этом году тоже буду пытаться.

«ЖП». Когда два года назад Московский планетарий был наконец-то открыт после многолетней реконструкции, я писала об этом событии. Планетарий был закрыт на реконструкцию целых семнадцать лет. Примерно в то же время из школьной программы исчезла астрономия. Таким образом, у нас выросло целое поколение молодых людей, которые не знают и не любят звёздное небо, которые не мечтают изучать звёзды и уж тем более – летать к ним. А мы ещё говорим о нехватке молодых кадров в космической отрасли. Да мы же сами, своими собственными руками преградили им туда дорогу!

В. С. Слава богу, ситуация начинает меняться в лучшую сторону. Московский планетарий сегодня пользуется огромной популярностью, в его стенах действует большое количество образовательных программ. А недавно был построен планетарий в Ярославле. Сейчас я создаю детский космический центр у себя на родине, в Кирове. Во время одной из моих встреч с Владимиром Путиным мне удалось выпросить денег-на этот проект. Я рассказал Владимиру Владимировичу о том, что в Кирове жил и учился Циолковский. Этого многие не знают, для большинства имя этого великого учёного ассоциируется с Калугой.

Первый денежный транш должен был прийти в прошлом году, но министерство культуры, поскольку дело касалось не их лично, а космической тематики, нас немного отодвинуло. Правда, сейчас деньги уже пришли, строительство в этом году будет начато, а в следующем должно быть завершено. На значительной территории будет располагаться не только планетарий, но и космоцентр, и различные тренажеры, и ещё много чего интересного.

Вот уже 25 лет раз в два года я провожу в Кирове детские Циолковские чтения, которые пользуются огромной популярностью у ребят. Они готовят интереснейшие доклады. Одна наша участница приезжала к нам сначала школьницей, затем студенткой, а потом защитила кандидатскую диссертацию по серебристым облакам, а я был у неё научным руководителем. Представляете, какой рост: от детских Циолковских чтений до кандидатской диссертации!

«ЖП». А в космос кто-нибудь из Ваших участников слетал?

В. С. Пока нет, но среди кандидатов в космонавты крайнего набора прошлого года один наш есть. Так что всё впереди.

РАЗГОВОР С КОСМОСОМ

«ЖП». Среди космонавтов, наверное, по пальцам можно пересчитать людей, которые не выпустили после полета ни одной книги. На Ваш взгляд, почему среди представителей этой профессии (они скорее физики, а не лирики) так велик процент тех, кто взялся за перо? Я не имею в виду научные публикации, которых тоже очень и очень много. Именно художественные книги, дневники…

В. С. Я думаю, что их работа: космический полёт и подготовка к нему, – сама по себе настолько интересна, уникальна, сложна, опасна, что они просто обязаны поделиться своими мыслями и переживаниями с окружающими, передать им свой опыт, рассказать, как прекрасна из космоса наша планета. Ведь подавляющее большинство населения Земного шара: по крайней мере, из живущих здесь и сейчас, – никогда не сможет полететь в космос.

«ЖП». «Российский космос» является, кажется, единственным журналом, который каждый номер публикует интервью с космонавтами, несущими вахту на Международной космической станции. Почему другие издания не следуют Вашему примеру?

В. С. За других я отвечать не могу. Наверное, не могут или не хотят, или не знают, что такое в принципе возможно. У нас есть постоянная аккредитация в Центре управления полётами, поэтому мы можем попасть туда в любое время совершенно беспрепятственно. Иногда и я вместе с корреспондентом прихожу туда. Одной из особенностей космической журналистики является то, что ты можешь так вот запросто «поговорить с космосом».

«ЖП». Виктор Петрович, зачем людям летать сегодня в космос? Как космонавт, Вы знаете ответ, но скажите как журналист: зачем?

В. С. Отвечая на этот вопрос, я буду говорить одновременно и как космонавт, и как журналист, и как гражданин своей страны, потому что ответить на него, руководствуясь какой-то одной позицией, не получится. Полёты в космос – это не только трата огромных денежных средств, как сегодня стало модно говорить.

Такой подход является в корне неверным, даже преступным. К сожалению, в последнее время среди приоритетов на первое место стало выходить материальное, а большинство людей превратилось в «потребителей», думающих только о сиюминутной выгоде. Пилотируемая космонавтика никогда не была заточена на получение прибыли – тем более, быстрой. Но не всё в этом мире измеряется только деньгами. А развитие науки, изучающей Вселенную? А новые космические технологии, которые потом с успехом применяются в нашей земной жизни? А космическая медицина, которая теперь спасает десятки и сотни тысяч человеческих жизней? Как только человечество перестает заниматься исследовательской деятельностью, изучать непознанное, оно сразу же теряет импульс к своему развитию, замирает, консервируется, и наступает регресс. Да, в конце концов, и о престиже страны забывать не следует.


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...