Загрузка...

Хитлери Клинтон и голем Америка

19.10.2016 19:13

Америка попросту не видит всего прочего мира, его истории, его культуры, его разнообразия. Он для нее существует лишь как историческая прелюдия к появлению «сияющего города на холме», либо как дикие земли...

klint


Что лежит в основе идеи фашизма как крайней степени шовинизма? Разумеется, учение о собственной исключительности. А опираться оно может только на узколобость и ограниченность.


«Если и есть какая-то основополагающая идея, которая руководила мной и вдохновляла меня на протяжении всей моей политической карьеры, то она заключается в следующем: США — исключительная страна» http://112.ua/mnenie/ssha-isklyuchitelnaya-strana-klinton-napisala-blog-o-nezamenimoy-amerike-346655.html — высказалась в своей программной статье в журнале Time Хилари Клинтон.


Дальше Клинтон косплеит Гитлера, заряжая о лучшей в мире армии, самой динамичной экономике, великих ценностях и так далее. Большая часть из этого – прямая ложь (про экономику), а остальное – иллюзии. Но, всё-таки, давайте поподробнее поразмыслим не о содержании речи Клинтон (оно тривиально как любое наглое хвастовство), а о самом факте ее появления.


Начнём с того, что ни одна страна после Второй Мировой войны не имела безумия называть себя «центром мира» — причем центром сразу во всех смыслах: военном, экономическом, политическом и моральном. Не делал этого, разумеется, и Советский Союз. Я имею в виду не застольные тосты: «За самую сильную на земле Советскую Армию» или, там, «За лучший в мире балет», а декларативную позицию – да, мы тут главные, лучшие, исключительные и незаменимые, и никакие дискуссии на эту тему неуместны, всем прочим делать три раза «ку».


Эта позиция ужасна тем, что она потрясающе монологична своей имбецильной «искренностью»: Америка попросту не видит всего прочего мира, его истории, его культуры, его разнообразия. Он для нее существует лишь как историческая прелюдия к появлению «сияющего города на холме», либо как дикие земли, куда надо нести на бомбардировщиках демократические ценности.


Давным-давно умные европейцы пришли к соломонову решению не спорить насчет относительной значимости своих национальных культур. Какая философия круче: немецкая (Кант, Гегель, Ницше, Хайдеггер) или французская (Вольтер, Руссо, Сартр, Фуко, Деррида)? Да это не поле спортивного состязания – равно как и выяснения, у кого более великая литература, музыка или живопись. Тут оценка каждой национальной культуры свелась к никому не обидным терминам — «великая и самобытная». Невозможно спорить о том, кто более «самобытен», и в силу этого велик. Нельзя сказать, что Норвегия в чём-то уступает Испании, а Голландия – Англии. Любая европейская культура – хоть шведская, хоть швейцарская – это культура зрелая, интересная, глубокая. И русская, само собой, тоже.


И вот в клуб вежливых седовласых мудрецов вламывается наглый прыщавый юнец (правда, внушительных габаритов), и начинает орать: я тут самый умный, самый честный, самый добрый, самый-самый. И что тут ответить, если сам спор на эту тему в приличном обществе давно стал неприличен?


Но ответить все же придется. Раз уж речь пошла об «исключительности» и, более того, «незаменимости».


Я не стану много внимания уделять тезисам Клинтон об экономике, армии, альянсах и так далее. Всё это уже множество раз исчезало «яко дым» в совсем недавней истории – 20 век пережил падение полудесятка империй, из которых Британская обладала теми самыми крутейшими альянсами, а Второй и Третий рейхи – великолепной армией. История течёт быстро, любая похвальба на глазах устаревает и становится ложью.


А хотел бы я сказать вот об этом пассаже:


«Прежде всего, Америка является незаменимой и исключительной благодаря нашим ценностям. Будучи госсекретарем, я с гордостью представляла преданность нашей страны ценностям свободы, равенства и возможностей. Мир берет с нас пример в вопросе защиты прав человека, защиты прав ЛГБТ-сообщества, религиозных и этнических меньшинств, женщин, людей с ограниченными возможностями и всех тех, кто стремится жить в мире. Мы заставляем самих себя и другие нации совершенствоваться».


Я разочарую миссис Клинтон: главная ценность человеческой цивилизации – это не защита прав ЛГБТ. И даже не защита «прав человека».


Главная ценность – культура. Сокровищница человеческого разума, духа и чувства прекрасного. Давайте же, сдерживая ехидный смех, поподробнее рассмотрим успехи Америки на этом поприще.


Философия. Мир знает философов английских и французских, немецких и русских, датских и испанских. А американских не знает. Точнее, там в 19 веке «мимокрокодил» такой себе Эмерсон, третьесортный эпигон немецких идеалистов, и на этом всё закончилось, не начавшись. Пока Гегель разрабатывал теорию Мирового духа, Кант писал о категорическом императиве, Ницше воспевал сверхчеловека, Сартр и Камю ужасались экзистенциальной пустоте существования, Соловьев искал идею всеединства, а Бердяев – онтологию свободы, Америка делала деньги. И всё.


Литература. Не беря в расчет прозу, которая по сути дела есть вариация естественной речи человека, американская литература не подарила миру ни единого выдающегося поэта – равного Пушкину или Блейку, Бодлеру или Гете, Данте или Гомеру. Возможно, вы спросите: а как же По, Уитмен и еще несколько имен 19 века? Весь прикол в том, что это – не американские поэты, как Гоголь не был украинским писателем. Это – АНГЛИЙСКИЕ поэты, работавшие на американском «материале». И вся американская культура 19 века – это провинция английской культуры. Вспомните, если читали, «Морского волка» Джека Лондона: там американские интеллигенты цитируют англичан Теннисона, Суинберна, Браунинга. А соотечественников как-то не цитируют. Некого.


А ведь отсутствие поэзии – это, если хотите, онтологический вывих национальной культуры. Ее врожденная ущербность. Это чрезвычайно важно. Нет настоящей поэзии – значит, у культуры не сформировался свой собственный дух.


Музыка. Америка подарила миру джаз и блюз… и всё. Сложно спорить, можно ли считать гнусавый фолк бывших рабов — большим достижением. Скромный ряд американских композиторов в классическом стиле и рядом не стоял со своими современниками — Вагнером, Малером, Шнитке, Рахманиновым или Шостаковичем. Рок-музыку Америка экспортировала из Британии. И просто рок («Битлз»), и хард-рок («Дип Перпл»), и панк («Секс Пистолз»), и электронщину («Продиджи»). Пишем – «ноль». Прости, Джим Моррисон, ты один не вытянешь Америку из пропасти вторичности.


Живопись. Можно я тут ничего не буду говорить? Энди Уорхолл и его «Суп кемпбелл» — это, конечно, хорошо, но… Но.


Кино. Вот тут, казалось бы, Америка впереди планеты всей. Но цена этого – чрезвычайно горька. Для того, чтобы быть впереди всей планеты, Штатам пришлось эту самую планету нескончаемым валом ширпотреба принизить до собственного уровня. Считать ли это достижением?


И что мы видим? Мы видим – пустоту. И эта пустота, за 200 с лишним лет так ничем и не заполнившаяся, алчно жаждет поглотить весь мир, которого она не понимает и не ценит. Ползёт тварь чешуепузая и чавкает: права ЛГБТ! права ЛГБТ!


Америка – взбесившийся симулякр. Оживший голем старого европейского эксперимента, который теперь убивает своего создателя. Но даже убив его, он не станет по-настоящему живым, а останется сшитым из клочков мертвой плоти Франкенштейном.


P.S. Да, и к вопросу о Клинтон и Трампе. Трамп лучше, потому что он – не Клинтон.



Григорий Игнатов


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...