Загрузка...

Кровавый жерминаль. Европа и гильотина толерантности

23.03.2016 16:34

Кто по-серьёзному пойдёт воевать за толерантность? Даже Толоконникова с Боженой не пойдут ни за какие печеньки. А за Всевышнего – другое дело

europa


Новые теракты сотрясают столицу Европейского проекта – Брюссель. Кто стоит за ними, ни для кого не является секретом – это радикальные исламисты. На вопрос, что делать, ответы даются самые разные, но в числе приоритетов называется укрепление безопасности и… продвижение толерантности среди европейцев. Хотя казалось бы – сущая нелепица.


«Столкновение цивилизаций» Сэмюэля Хантингтона – это псевдонаучная беллетристика. Во всяком случае, так вам скажут в академических кругах от Северной Америки до Западной Евразии, не исключая и нашу страну. Действительно, в СССР, как и в его правопреемниках – Российской Федерации и Европейском Союзе, процветает дружба народов и взаимная терпимость, она же толерантность. Отдельные выходки отдельных экстремистски настроенных личностей не должны бросать тень на тысячелетнюю традицию мирногообщежития. Не так ли?


Есть реальность, а есть идеология. Идеология говорит о том, каковой, согласно идеологу и его последователям, должна стать реальность при проведении соответствующей политики. Когда идеология приобретает характер массовой или государственной, то она начинает пониматься уже не как «список пожеланий», но как собственно отражение реальности и действующих в ней законов. Все люди равны, все религии – религии мира, миграция позитивно влияет на общество, неолиберальной экономической модели нет альтернативы – всё это имеет весьма опосредованное отношение к реальности, а часто и полностью противоречит ей. Тем не менее в западном мире эти заповеди по умолчанию воспринимаются чуть ли не как законы природы. А кто не согласен – либо придурок, либо провокатор.


Жить с иллюзиями можно, но каждая имеет свою длительность. Например, если вы считаете себя инопланетянином в человеческом облике, то это не обязательно будет мешать вам учиться, работать, создавать семью и даже сидеть в соцсетях. А если вы верите, что можете летать, как птица, то один неловкий шаг с обрыва – и всем иллюзиям придёт конец. Впрочем, не следует недооценивать способность психики к поддержанию целостности собственного образа. Если вы останетесь живы, то при желании сможете объяснить своё падение внезапным порывом ветра, или плохим самочувствием, или влиянием Меркурия и Венеры. «Я сам обманываться рад», — писал наш классик.


Такая же ситуация складывается и с миграционным кризисом, захлестнувшим Европу. Если обходить стороной nogo зоны, образовавшиеся в пригородах европейских столиц и даже в центральных районах столицы Европейского союза – Брюсселя, то можно «протянуть» на толерантности достаточно долго. Если на вас напал и ограбил человек, до степени смешения напоминающий мигранта из Ближнего Востока, вы всегда можете сказать, что, во-первых, он может иметь вид на жительство или даже гражданство ЕС, следовательно его поведение нельзя рассматривать именно в контексте миграционного кризиса.


Во-вторых, вы можете, в лучших (они же худшие) традициях постмодернистского философского мусора или же нашего отечественного Васисуалия Лоханкина, вопросить: «А может, в этом и есть сырмяжная правда?» Иными словами, можете обвинить себя в том, что одеваетесь слишком вызывающе или слишком богато, а бездельник, который вас ограбил, — бедный и несчастный, угнетаемый, жертва европейского колониализма, расизма, сионизма и эмпириокритицизма. Остаётся понять и простить.


Говорят, если тысяча человек тысячу раз назовёт вас бараном, вы заблеете. Не знаю, как насчёт барана, но если вас с рождения воспитывают в духе толерантности к Чужому, в широком смысле этого слова, и, одновременно, в стыде по отношению к европейской истории, особенно к её имперскому периоду, то «марши мира» или продолжение кампаний «Refugees welcome» вполне понятны как асимметричный ответ на совершённые арабскими экстремистами террористические атаки. Они ведь не были гражданами Бельгии, не так ли? А если бы и были, то разве из этого следует, что стране нужно изменить свою миграционную политику? Конечно, нет! Впрочем, переселиться в менее многонациональные кварталы Брюсселя всё-таки следует. И реже пользоваться метро и аэропортом. И реже выходить из дома. На всякий пожарный.


Нельзя сказать, что у Европы не было опыта успешной интеграции инокультурных мигрантов. Для этого было необходимо и достаточно соблюсти три условия: во-первых, наличие собственно Европы в концептуальном, цивилизационном смысле; во-вторых, наличие и правильное функционирование институтов интеграции, прежде всего связанных с системой образования; в-третьих, сравнительно небольшой поток мигрантов, причём тех, которые сами нацелены на интеграцию в новое для себя общество.


Но ассимиляционную концепцию интеграции сменила концепция мультикультурализма, которая либо вообще не предполагает интеграцию мигрантов в традиционном смысле этого термина, либо предполагает, пусть и неявно, интеграцию собственно коренных европейцев к культурным, религиозным и иным особенностям вновь прибывших. Случилось это потому, что к началу 1990-х поколение бунтовщиков 1968 года заняло лидирующие позиции в политическом истеблишменте и системе образования западных стран.


Бунтари обзавелись сединами и лысинами, но не оставили своих неотроцкистских симпатий к идее мировой революции. Поскольку, однако, белый рабочий класс оказался неспособен «разрушить до основания» старый мир, они нашли себе новый пролетариат – мигрантов. Даже если существенный процент из них живёт на нетрудовые доходы в виде социальных пособий, то они всё равно могут и должны подойти для революции. Они же угнетённые! Судите сами: пособия маленькие, социальное жильё не во дворцах, порой прохожие искоса смотрят, если ты идёшь по улице в халате и шлёпанцах… Хватит это терпеть!


Идеология терпимости критикует христианское наследие Европы как угнетающее свободный дух даже сейчас, когда Запад секулярен до неприличия. Вместе с тем идущие вразрез с толерантной концепцией прав человека практики, которые проповедуют саудовские имамы в растущих европейских мечетях, активом поколения-68 и их учениками упорно не замечаются. Потому что права человека – это у того, у кого надо, права. И они прежде всего распространяются на национальные меньшинства, причём только в том случае, что эти меньшинства не белые или не христианские.


А исламский радикализм в таких условиях цветёт пышным цветом. Ведь сколь бы презрительно кто ни относился к живущим на пособия бездельникам, это не отменяет того факта, что бездельник – тоже человек, а у каждого человека помимо базовых потребностей есть ещё потребность принадлежности к чему-то большему, чем он сам и его ближайшее семейно-дворовое окружение. Секулярная Европа этого самого высшего не даёт, а Саудовская Аравия – даёт.


Кто по-серьёзному пойдёт воевать за толерантность? Даже Толоконникова с Боженой не пойдут ни за какие печеньки. А за Всевышнего – другое дело. Особенно если принять во внимание тот факт, что это именно постхристианские европейцы и американцы превратили целые регионы Ближнего Востока и Северной Африки в не самые приспособленные для жизни места. И эти гуманитарные интервенции были поддержаны неотроцкистами и неоконсерваторами (всегда вздрагиваю, осознавая, что это по сути синонимы), ведь бомбили-то ради прав человека, а не со зла.


Как бы всё это безобразие прокомментировал классик? Не бойтесь врагов — они могут только убить; не бойтесь друзей — они могут только предать; бойтесь людей толерантных — именно под их крики «Refugees welcome» происходит закат Европы.



Станислав Бышок


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...