Загрузка...

Матвей Цзен: РФ готовится не исполнять решение ЕСПЧ по делу ЮКОСА

22.12.2015 08:53

Конституционный суд будет отныне решать, какое решение ЕСПЧ соответствует Конституции, а какое не соответствует и может не быть исполнено

440239166


Президент Владимир Путин подписал закон, вносящий поправки в ФЗ «О Конституционном Суде РФ».


Согласно документу, Конституционному суду (КС) России разрешается признавать неисполнимыми решения международных судов, в первую очередь Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), если они противоречат российской Конституции.


В новом законе говорится, что «по запросу федерального органа исполнительной власти, наделенного компетенцией по защите интересов РФ при рассмотрении в межгосударственном органе по защите прав и свобод человека жалоб, поданных против РФ на основании международного договора, Конституционный суд РФ разрешает вопрос о возможности исполнения решения межгосударственного органа по защите прав и свобод человека». В частности, компетенцией для таких обращений в КС наделяется президент РФ и правительство РФ.


Таким образом, Конституционный суд будет отныне решать, какое решение ЕСПЧ соответствует Конституции, а какое не соответствует и может не быть исполнено.


Мы попросили прокомментировать событие известного адвоката Матвея Цзена….


Цзен-Матвей


— Матвей Николаевич, какова причина принятия этого закона? Зачем эта инициатива внесена и как она отразится на нашем законодательстве в целом?


— Я думаю, что причина – это решение по делу ЮКОСА, прежде всего связанное с взысканием крупной денежной суммы. Я так понимаю, что Российская Федерация готовится к тому, чтобы не исполнять это решение. Соответственно, это вот такая, законная подготовка.


Я думаю, что значимым образом это не отразится на ситуации внутри страны потому, что Европейский суд принимает не так много решений, касающихся России.


Эти решения сами по себе никакого великого влияния на ситуацию внутри страны не оказывают. То есть суд принимает решение о том, что Россия в конкретном деле должна выплатить данному конкретному человеку компенсацию.


По смыслу вроде как понятно, что надо будет практику поменять. Но эта практика не меняется в течение долгого времени или меняется крайне формально, поверхностно. На самом деле все остается, как было. В этом плане решения Европейского суда напоминают решения Верховного суда.


Недавно Верховный суд отменил  решение нижестоящих судов и установил, что если пьяный человек находится в автомобиле, которым он не управляет (например, он просто спит в нем или чинит его, сидит там, греется) – его невозможно привлечь за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Соответственно КС, отменил решения судов по конкретному делу, в котором человек, который чинил свой самосвал пьяным – был наказан. Таких решений десятки.


— А по поводу Чечни… Очень много дел, которые были выиграны в Европейском суде…


— Я не думаю, что это будет применяться для повального отказа от всех решений. Да, по Чечне выигрывается много исков.  Но, в связи с чем?  В основном Россия там обвиняется в том, что она ненадлежащим образом организовала там расследование.


Например, человек пропал, а Россия не расследовала это. Конституционный суд скажет, что нет такого утверждения: якобы Россия не расследовала и это противоречит Конституции Российской Федерации. Нет, конечно. Вряд ли такое может быть.


Надо понимать, что по закону не любое решение можно отменить, а лишь то, которое противоречит Конституции Российской Федерации. То есть такое решение, которое основано на таком толковании Европейской Конвенции о правах человека.


Понятно, что это такой механизм, по-моему мнению, вряд ли будет применяться в обычных уголовных делах, которые важны для граждан. Но в целом для государства, надо понимать, что тысячи евро компенсации не представляют проблем для российского бюджета, а вот миллиарды евро компенсации – представляет.


— Если, я правильно понимаю, это связано каким-то образом еще и с кризисом?


— Ну, во-первых, решение о компенсации, которую Европейский суд хочет взыскать по делу ЮКОСа, принято в неподъемное время. Государству, конечно, хочется этого избежать.


Во-вторых, дело ЮКОСа политизировано. Для российского государства принципиально важно бороться с ЮКОСом? Это решение получено в суде, в котором было необязательно участвовать. Это же вообще полный бред. Зачем?


Согласитесь, если подойти к любому разумному человеку и сказать: «Слушай, есть идея поучаствовать в игре за твою квартиру. Если ты выиграешь, то ты останешься при квартире. А, если проиграешь, то – потеряешь квартиру».  «А это обязательно?», — спросит человек.  «Да, нет. Не хочешь, можешь не участвовать».  Любой разумный человек  скажет: «Зачем я буду в этом участвовать?  Мне это не надо». А Российская Федерация говорит: «Нет, давайте будем судиться».  Можно расценивать это как безответственность.


— На простых людях, как это может отразиться?


— На простых людях, я думаю, это может отразиться только в том случае, если это будет применяться шире, чем к одному делу ЮКОСа. В этом случае первые на очереди будут законы, ограничивающие общественную и политическую деятельность. Это законы, касающиеся изменения законодательства о митингах.


Вполне себе можно представить ситуацию, когда Европейский суд признает, например, что «Закон о митингах, собраниях, шествиях» или российское законодательство о политических партиях, или российское законодательство, основанное на практике закона о выборах или о свободе слова – не соответствующими Европейской конвенции о правах человека. И тогда здесь, волшебным образом может пригодиться вот этот закон.


Есть еще один  момент, для чего может пригодиться. Не исключено, что в какой-то момент встанет вопрос об однополых браках, об однополых союзах. Встанет вопрос о признании гомосексуальных союзов — браками.


На примере Соединенных Штатов Америки, которые, казалось бы, являются образцом демократии и правосознания, мы видим, что 9 членов Верховного суда США (которые не избирались, а были назначены президентом), внимательно прочитав Конституцию, истолковали на свой лад. Любому разумному человеку сове6ршенно очевидно, что создатели американской Конституции ничего в ней про гомосексуальные союзы не писали. Просто не было тогда этой проблемы в обществе, она не существовала.  Они никогда по этому поводу ничего не думали.


Более того, я считаю, что если мы проведем эксперимент и зададим вопрос этим людям: «Что вы думаете, по поводу гомосексуальных союзов и являются ли они браками?». Они бы ответили однозначно — нет. Поскольку отцы-основатели Соединенных Штатов были либо христианами, либо людьми, довольны близкие к христианской морали и этике.  То есть они бы отнеслись бы к этому крайне отрицательно.


Тем не менее, эти люди буквально в вдевятером принимают решение совершенно меняющее, по сути, все устройство страны, устройство общества.


Также можно предположить, что через несколько лет Европейский суд по правам человека выяснит, что нарушением Европейской декларации о правах человека является отсутствие признания гомосексуальных браков в стране. Тогда мы снова сможем к этому закону обратиться.


Россия всегда хотела жить с Европой в одной связке. Петр Первый доказал ту же эффективность. Получается,  мы откатываем назад или создаем нечто новое, с чего сама Европа будет пример брать?


— Здесь ситуация двоякая. С одной стороны, вроде бы, мы откатываемся назад и этот закон сделан для того, чтобы не исполнять решения Европейского суда по правам человека. В этом плане мы отдаляемся от Европы.


Но, если мы посмотрим на Европу, то увидим, что она на протяжении всей истории, не исполняет чужих решений. Она сама по себе является сувереном. За исключением послевоенного периода, когда Европа оказалась разделенной между двумя сверхдержавами США и СССР.


Сейчас Европа находится под доминированием одной сверхдержавы, которая оказывает  пропорционально большое влияние на все европейские дела. То есть в этом плане мы наоборот приобретаем самостоятельность и становимся суверенами. Тем самым мы приближаемся к Европе. Если можно так выразиться, мы из европейской колонии становимся самостоятельным государством.


Понятное дело, что нынешняя Европа является колонией США. При этом я не считаю, признание гомосексуальных союзов и браков европейской ценностью. Отнюдь не на этом была построена та Европа, которую мы любим и «священные камни», которые по выражению нашего классика – дороги  каждому русскому.


То есть, если я правильно понимаю, отказываясь от ЕСПЧ, мы создаем некую свою инициативу, с которой в принципе, возможно, будут брать пример в Европе?


— Можно и так сказать. И у них достаточные традиции суверенитета для того, чтобы брать пример с нас. Конечно, они будут на нас смотреть. Особенно сторонники консервативных ценностей. Они  воспринимают Путина, как защитника консервативных ценностей и они, конечно, скажут: «Вот, смотрите!».


— Они уважают Путина…


— Конечно, Путин в определенных кругах пользуется популярностью, поддержкой и уважением.  Я ничуть этому не удивлен. Это совершенно нормально. Конечно,  европейцы не вовлечены в наши внутренние дела и поэтому им непонятно, почему мы критикуем Путина. Я понимаю, почему он привлекателен. Особенно на фоне других европейских политиков, которые просто выполняют  указания Соединенных Штатов Америки.


Для нас, здесь надо понимать, что это звучит просто как пустые слова, как какая-то пропаганда. Когда я был на «Консервативном форуме» в Петербурге и пообщался с европейцами, которые туда приехали, я понял, просто на личном уровне это по-другому воспринимается. Для них это американское засилие актуально.


На территории той же Германии находятся американские войска. Поставьте себя на место человека, который является немецким патриотом. Ты выходишь на улицу и видишь вооруженного американского солдата, который попирает землю твоей родины и ты ничего не можешь с этим сделать. Он не пришел, как союзник.


Хотя, конечно, риторика союзническая. Но, что это за союз, от которого ты не можешь отказаться? Мы помним, какое общественное возмущение вызвало расположение перевалочной базы НАТО в Ульяновске. А теперь, представьте, что эта база существует у вас под домом и десятилетиями там реально садятся американские самолеты. Как в городе Щелково пролетают российские самолеты с аэродрома Чкаловского.


А теперь представьте, что в городе Щелково бы пролетали американские самолеты с американской базы. Что бы жители Щелково думали бы по поводу США? Крайне скептически, я думаю, они бы к этому отнеслись. Любой политик, который был бы независим от США, вызывал бы интерес. У нас в стране, как мне представляется, мало ценится независимость Путина от американцев, его способность им противостоять, или даже способность быть равными. Ну, а как еще президент России может разговаривать с президентом США? Конечно, только на равных.


Но, вот для европейцев последние несколько десятилетий – это недостижимый идеал. Чтобы Меркель с Обамой встретилась на равных — и Меркель сказала бы «нет» и Обама бы это «нет» принял — для них это фантастика.


— Тем не менее, мне кажется, что это чисто российская история. Она не касается Европы. Мы отделились, и все это пойдет в своем русле…


— Здесь два подхода. Первый: мы сами по себе знаем, что  такое хорошо, что такое плохо. И наше внутреннее законодательство является приоритетным по отношению к внешнему законодательству, а внешнее законодательство мы должны применять, если сами захотим этого. Есть обратный приоритет.


Мы сами тут ничего не знаем, но нам нужно подписать «правильные международные договоры» и их соблюдать. А, если наше внутреннее законодательство  противоречит международным договорам то, значит нужно менять наше внутреннее законодательство.


Позитив этого второго подхода в том, что он обеспечивает более надежные механизмы соблюдения прав человека на таком среднем международном уровне, а минус в том, что  он ограничивает самостоятельность и ставит страну в определенную зависимость от решения международных институтов, которые, в конечном счете, могут быть от кого-то зависимы.


Более того они могут и сознательно принимать невыгодные для России решения. Люди, которые работают в Европейском суде по правам человека – судьи, они внезапно приобретают много власти над государствами, странами, народами, которых они никогда и не видели.


— Для простого человека, который всегда обращался в ЕСПЧ, это хорошо или плохо?


— Если воспринимать простого человека как индивидуума, то ему, конечно, хуже. Потому, что у него не будет возможности повлиять на российское государство. Но, если брать простых людей в совокупности, как общество — то для него, может быть, это и лучше.


Вот простой пример. Мы хотим, чтобы европейский судья ЕСПЧ пожаловался и признал гей-активистов, поскольку законодательство Российской Федерации не соответствует Европейской конвенции по правам человека в части гей-браков. Мы хотим этого или не хотим? Наверное, мы этого не хотим. Лично я не хочу – как человек. Но как юристу мне было бы хорошо, если бы был над нашими чиновниками, правоохранительной системой Европейский суд оставался. Поэтому я не могу назвать это решение ни плохим, ни хорошим. И легкого ответа на такой вопрос у меня нет. Я высказал свое мнение и представляю читателю самому принять решение.


 
Вячеслав Бочкарёв


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...