“Прямо с экрана дует восточный бриз…”
Роман Неумоев
Случилось. Под покровом ночи, каратели вышли на промысел. Разбившись на взводы, по 20-30 человек, усиленные гусеничной техникой, под прикрытием отрядов полиции они подступили к ларькам, павильонам и палаткам занимающим территорию возле станций метро. В Москве началась “ночь длинных ковшей”.
Наша любимая интеллигенция, наш измученный боями за правду креативный класс взвыл. Количество криков такое, что на секунду показалось, что нет-нет, но даже сама Божена Рынска, тайком убегая от очередного олигарха, лопала за шатким белым столом шаурму с “девяткой”.
Более вдумчивые сторонники тезиса “оставьте палатки на месте” начали вещать про недопустимость закрытия рабочих мест в кризис, а некоторые даже про “окончательное решение проблемы малого бизнеса в Москве”. Это конечно печально, что несколько тысяч человек, подавляющее большинство которых приезжие из стран очень ближнего зарубежья, останутся без работы. Но для 12-миллионного города как-то не очень опасно выглядит. Учитывая, что большинство арендаторов, не говоря уже о владельцах, были в курсе предстоящего ещё с осени, то вероятнее всего некие действия по обустройству своей судьбы были ими выполнены.
Однако, как-то неловко получается с креативным классом – ведь те же самые люди, с красивыми лицами дельфинов, приветствовали закрытие заводов и разорение колхозов, призывая людей “активнее вступать в рыночные отношения”. Особенно цинично эти призывы звучали в моногородах – но и в Москве сотни тысяч, если миллионы людей, потеряли работу под довольное уханье нынешнего креаклитета.
И ещё один неудобный вопрос: неужели все стенания и причитания про хамон/пармезан/айфон и так далее – наглая ложь? То есть в реальности креаклитет питался в адовых халабудах из дешового сайдинга чебуреками и дошираком, покупая “серые” мобилы в стрёмных магазинах?
Разумеется не обошлось из без “чада кутежа”, некая дама в норковой шубе на камеру мобильного телефона рассказывала, как собянинский цепной пёс ломал в три часа ночи стеклянный сарай, в котором находилась женщина с ребёнком. Антон Носик напомнил, что сначала известно кто пришёл за владельцами палаток. А потом этот известно кто напал на Польшу. Не знаю, связывало ли что-то Носика с вышепомянутой шаурмой и “девяткой”, но сказал как отрезал.
Самой тяжёлой артиллерией выступил Юрий Михайлович Лужков. Лучший друг Тельмана Исмаилова (недавно признан банкротом), старик Батурин, тоже выразил мысль, что негоже так поступать с малым бизнесом. Надо признать, что “Лужка” нельзя обвинить в неискренности. Слухи о том, что сидя в швейцарских Альпах Юрий Михайлович упчёл свои ошибки, не подтвердились.
А если говорить серьёзно, то событие не так чтобы грандиозное, но знаковое. После прихода Сергея Собянина на пост мэра Москвы изменения начались нешуточные. Сначала были ликвидированы отдельно стоящие ларьки на улицах и в переходах, а с фонарных столбов сняты растяжки. По улицам и переходам стало возможно пройти, а здания рассмотреть. Теперь начали крушить павильоны около станций, вернее практически все сокрушили, осталось совсем чуть-чуть. Облик Москвы 1990-ых навсегда уходит в прошлое, и вот тут надо сказать, всё-таки да проскальзывает некая печалька.
Я родился на самом закате Советского Союза. Страна уже не жила, а доживала, я её по малолетству и не помню вовсе, а вот ларьки помню прекрасно. Сначала неказистые, зелёного, синего или коричневого цветов палатки стояли длинными рядами на месте современных торговых комплексов. Там же и продавалось абсолютно всё, от чая и конфет, до штанов и игрушек. Больше всего мне не нравилось мерить на улице одежду, но других доступных мест для покупки вещей у нас тогда не было. Там царила настоящая демократия, если сейчас у меня бородатого мужчины возрастом почти в 30 лет могут спросить паспорт при покупке пива в магазине, то тогда 11-летнему подростку могли запросто продать водку в ларьке, только нужно для убедительности сказать “для старшего брата”. И продавали.
Через какое-то время это всё прекратилось, продавать крепкий алкоголь стало возможно только в больших магазинах. Однако, родные палатки уступив большим торговым центрам на площадях сгруппировались около метро. И надо сказать это действительно было удобно, перекусить после работы, постоять перед рок-концертом, опрокинуть банку пива ожидая запаздывающего товарища. Можно даже отдельно вспомнить “Шаурму славянскую от Паши” на Дмитровской и изумительные чебуреки с сыром и грибами за 35 рублей на Баррикадной.
Так вот получилось, что с точки зрения людей от 30-летних и младше, ларьки в Москве были всегда. Нет памяти о том, как выглядел город до того как его заковали в сайдинговые латы.
Сейчас, когда события начинают приобретать темп, а жизнь сызнова становится неспокойной, освобождённые от пластиковых оков сталинские дома смотрят со снисходительным имперским безразличием на опавшую шелуху “торговых рядов”. Тверская – это не улица на которой когда-то стояли проститутки, Тверская это проспект Победы, облицованный германским гранитом, который должен был пойти на памятник Гитлеру, но достался триумфаторам.
Истерическая реакция наших креаклов и бизнесменов с Кипра более чем обоснована: ведь им страшно не то, что убрали из города растяжки, не так в общем-то обидно, что снесли павильоны возле Чистых прудов, перетерпят и возможный снос торговых центров, так “отлично” выстроенных на привокзальных площадях.
А вот то, что после этого логичным продолжением будет снятие драпировки с Мавзолея, со всеми вытекающими последствиями, это уже их пугает и не на шутку. А ещё есть опыт парижского креаклитета, ненавистник которого барон Осман собянинскими методами прокладывал бульвары Парижа, естественно для того, что бы освободить пространство для картечи, коей при случае собирались потчевать “взбесившуюся чернь”.
А пока, лишь восточный бриз, откуда-то из края геологов и романтиков, аккуратно сдувает остатки мусора с улиц Великого Города.
Обращаем ваше внимание что следующие экстремистские и террористические организации, запрещены в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).