Загрузка...

Новороссия — переселенцы и возвращенцы

10.03.2015 17:46

Нигде в Украине этим людям не рады

111


Что делать?


С таким вопросом столкнулись примерно полмиллиона человек, которые неравномерно распределились по всей Украине, покинув Донбасс в 2014 и 2015 году. Те, кто уехали пораньше, либо смогли устроиться на работу (таких меньшинство) и сейчас держатся за новые места, либо доедают последние сбережения.


Переселенцы оказались в большинстве своём в такой сложной ситуации, которую не решить за несколько дней. А правда такова, что очень многие семьи не имеют наличных в принципе, не то что на месяц-два, но и на неделю. Источники доходов у многих, особенно шахтёров, уже давно перекрыты. Продать недвижимость, технику или автомобиль в Донбассе сейчас крайне сложно, а «золотые запасы» есть не у всех.


Как жить – неизвестно. И что дальше предпринять, и у кого просить помощи, если государство даёт максимум – 880 грн в месяц, и это только ребёнку или инвалиду. А трудоспособный получает сначала вдвое, потом вчетверо меньше. Это и без того нагрузка на бюджет страны, понимать надо. Поэтому, помыкавшись фактически на чужбине, в съёмных квартирах – в лучшем случае, в общежитиях, даже в палаточных городках, переселенцы постепенно возвращаются. Они просто никому не нужны. Некоторым тяжело морально – их не принимает чужеродное им общество. Кто-то тоскует по оставленному дому, у многих в Донбассе остаются пожилые родители. И вопреки, казалось бы, инстинкту самосохранения, люди со своим нехитрыми пожитками пробираются обратно, как муравьи в разрушенный муравейник.


Ожидания и реальность


Дезинформация, которую преподносят СМИ, становится причиной для паники и бегства или наоборот, для ложных надежд. Услышав что-то по новостям, люди переезжают в другое место. В надежде на лучшую или хотя бы спокойную жизнь. Но со временем они понимают, что новости по-прежнему кричат, что о переселенцах заботятся, а по факту Украина не в состоянии это сделать. Ни финансово, ни морально.


Валентин, пенсионер, который переехал с женой и внуком в Киевскую область, возвращается обратно:


— Мы уехали летом 2014 из Макеевки. Если сравнивать с Донецком, это ещё более-менее безопасное место, даже и сейчас. Но мы услышали, что школы откроются только с октября и увезли внука из области, чтобы он мог учиться в нормальных условиях. Пришлось обращаться в благотворительные организации с просьбой о тёплых куртках и ботинках. Там всё время обещали, что мы получим вещи. Но нам не повезло, ни в Красном Кресте, ни в других местах не нашлось целых вещей нашего размера. Покупали кое-что в сэконд хенде. Получить мы смогли только продукты два раза и то стояли в большой очереди.


После Нового года внук сказал, что он больше не пойдёт в школу. Дети смеялись, что он носит дешёвые дутые сапоги. Смеялись, что он плохо говорит по-украински. Мальчику это обидно. Дома у него остались хорошие вещи, которые родители привозили из России. Дома – друзья, школа, в которую он ходил 5 лет. Мы с бабушкой посоветовались и решили уезжать. Всё равно здесь нам тоскливо и одиноко, чужой дом, денег постоянно не хватает. Нас отговаривали все, мол, стреляют, пропуска нужны, убьют по дороге в автобусе. Но мы проехали нормально, только глянули на прописку и останавливать не стали. Не знаю, как тут будет, но лучше уж бояться дома.


Такие истории, одна за другой, сыплются на тех, кто просто зайдет в киевский или харьковский поезд. Женщина Светлана из Селидово была домработницей, ей перестали платить. Платили 600 грн в месяц, с бесплатным жильём и питанием. Потом сказали, что она должна работать за еду. Ей нечего терять.


Другая, не очень бедная семья, с машиной и квартирой в центральном районе Луганска потеряла свой бизнес. У них двое детей, которые никак не могут привыкнуть к тому, что после евроремонта и поездок на море их ждёт однушка на четверых. У семьи не осталось денег практически совсем и отцу приходится начинать всё сначала. Он решил попытаться договориться с ЛНР и восстанавливать бизнес там. Они уже не нервничают – всё равно ничего не изменишь.


donbass-vszh


Дом есть дом


Поток «возвращенцев» начался ещё осенью прошлого года, когда на Донбассе наступило относительное затишье. Январь 2015 был месяцем принятия решений – из-за введения Украиной пропускной системы передвижение по области оказалось очень затруднено. Ни въехать, ни выехать, говорили многие. Люди едут в оккупированные города, чтобы попасть домой, а их останавливают на блокпостах. Они голосуют на трассе, чтобы где-то переночевать и пытаться оформить пропуск. Сложно сказать, насколько нововведение помогает отлавливать сепаратистов, но то, что это существенно усложняет жизнь – факт. Есть люди, которые должны ездить в Донецк по работе или больные дети, которых возят на обследование в областные центры. Да, больницы всё ещё функционируют. И магазины, и библиотеки, и кафе. С середины февраля люди снова стали возвращаться домой. Они пользуются временным перемирием, надеются на то, что самопровозглашённые республики как-то обеспечат работу коммунальных служб, подвоз продуктов, самоуправление. Некоторые даже надеются на помощь России в будущем и возвращаются. Потому, что их квартиры и дома, если они не разрушены, это единственный в мире приют для них. Нигде в Украине этим людям не рады. Именно поэтому единственным адекватным решением в ситуации полного равнодушия со стороны государства и порой даже неприятия со стороны местных жителей кажется именно возвращение.


Так что разговоры о пустых городах в Донбассе – миф. Это касается, пожалуй, только разрушенного Дебальцево. Даже в Горловке, где уже который месяц большинство прячется по подвалам, люди не уезжают. Они остаются в своём доме до конца.


Школьный учитель Николай и его жена приехали в Харьков с двумя сыновьями, один из которых ещё ходит в садик. Сейчас отец семьи работает на зарплату 2000 грн., снимать дом стоит 3000, проезд – 20 грн. в день, двумя маршрутками до работы. Даже до войны он зарабатывал как минимум вдвое больше и подрабатывал репетитором. А уровень инфляции в Украине почти 300%.


Цифры ужасают, но бедственное положение людей пугает ещё больше. Они согласны вернуться под угрозу обстрела. Вернуться туда, где ездят по улицам танки вместо мерседесов, где больницы и школы работают со сбоями, где осталось абсолютно всё. Жить целой семьёй в чужом доме сложно – даже такие мелочи, как недостаток полотенец или подушек, становится критичным. И в один прекрасный момент, вырванный из своей привычной среды человек понимает, что дальше он двигаться не в состоянии. Что дом для него – не только четыре стены.


Григорий Игнатов


Новости партнеров

Загрузка...

2 Комментариев

  1. Ольга:

    Судя по отношению к людям в ЛНР — бюджетники работают с сентября практически без зп,другие за пол-зп, ежедневно цены на продукты и др. повышаются в среднем на 1-2 грн., магазины,которые позиционировались социальными — таковыми отнюдь не есть, пенсионерам обещанные ежемесячно 1800 — заплатили 1 раз в ноябре.О гум-помощи, которую шлют небезразличные граждане изо-всей РФ — лучше не заговаривать — то в тюрьмы, то в больницы, то со слов избранных(без выбора) НАРОДНЫХ выдвиженцев туда,где она необходима — хотя в августе-сентябре её выдапали пару раз жителям республики(хватало же)!И эти же выдвиженцы тянут обратно в фашистскую урину народ, который она убивала и не считала своим!Так что подумайте, люди,прежде чем возвращаться, а остался ли у Вас дом хоть где-нибудь?!

  2. Алла:

    В Горловке осталось не более трети населения. Откуда у Вас информация, что все сидят до конца?

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...