Загрузка...

Украине не хватает «пушечного мяса»? Комментарий адвоката Матвея Цзена

14.07.2015 17:28

Статус и дальнейшая судьба крымских заключенных в условиях отсутствия полноценного доверия между Россией и Украиной по-прежнему вызывает вопросы

840e77946084e309a0d65


По инициативе Киева омбудсмены Украины и России возобновили вопрос о переводе крымских заключенных на территорию Украины для «дальнейшего отбывания наказания»


Уполномоченный Верховной рады Украины по правам человека Валерия Лутковская обратилась к российской коллеге Элле Памфиловой с просьбой о содействии в перемещении заключенных из Крыма на материковую часть Украины.


По данным СМИ, на данный момент в двух колониях и следственных изоляторах в Крыму содержится 3111 человек, из которых 400 подпадают по украинским законам под амнистию и 22 требуют экстрадиции на Украину.


О вариантах решения данной проблемы и возможных причинах, по которым тема крымских заключенных с украинским гражданством поднялась именно сейчас и какая судьба может ожидать заключенных украинцев на родине, рассуждает известный адвокат Матвей Цзен.


d0461c4dc643153323386e71f9ecb56a

Матвей Цзен


— С этими людьми может все, что угодно произойти. Последние события в Мукачево это наглядно демонстрируют – когда на бандитские разборки люди приезжают с гранатометами и пулеметами, это уже даже не 90-е годы в России. Поэтому, я не рассматриваю Украину, как государство, способное обеспечить выполнение собственных обязательств. Они не являются надежными партнерами – могут выполнить, а могут и не выполнить. Более того, они же считают себя находящимися в состоянии войны, следовательно, не связаны какими бы то ни было нормами. Особенно, если речь идет о России.


«Уколоть» Российскую Федерацию для украинцев даже честь и подвиг. Но в целом, я считаю, что заключенные должны отбывать наказание в стране, гражданами которой они являются. Особенно если они совершили преступление на ее территории. Если речь идет о гражданах, которые преступили закон на тогда еще территории Украины, то сама идея их передачи, какого-то возмущения не представляет.


С другой стороны я считаю, что ко всем этим людям нужно подходить индивидуально. Нужно разобраться, какие именно преступления они совершили. Если эти люди не представляют большой общественной опасности, я считаю, их можно было бы либо амнистировать, либо даже, в индивидуальном порядке, помиловать. В том числе и когда люди обратятся за российским гражданством.


Я вообще считаю, что этим людям, как и другим гражданам Крыма должно быть предоставлено право получить российское гражданство. Но рассматривать опрос о предоставлении гражданства, конечно, нужно рассматривать индивидуально – в зависимости от того, за что человек сидит. Понятно, что рецидивисту не место в России, а если человек оступился и намерен исправиться, то, конечно, учитывая грандиозный размах происходящих событий, гражданство можно и предоставить.


— Сидел человек в одной стране, освободился в другой… Какая-то казуистика…


— Совершенно верно. Вот события, подобные крымским, и порождают такие казуистические права. Не так давно закончилось дело по обвинению сына председателя крымско-татарского меджлиса. Парня обвиняли в убийстве. Дело рассматривалось присяжными, подсудимого оправдали. Признали, что убийство он совершил по неосторожности. Интересно, что само преступление произошло в период нахождения Крыма в составе Украины, а в суд его передала уже российская прокуратура, хотя, естественно, никакой передачи дела из украинской прокуратуры в российскую не было.


То есть те же самые люди сменили погоны и оказались сотрудниками российской прокуратуры. С житейской точки зрения это понятно, а с юридической она фантасмагорийна. То есть, у российской прокуратуры оказалась масса дел, которые по российским законам никогда не возбуждались, не расследовались. Но, тем не менее, им дали ход и направили в суд.


— Матвей, так получается, те же заключенные имеют право требовать пересмотра своих дел и сроков, по которым сидят с точки зрения российского правосудия…


— Ну, да… Конечно. Логика в этом есть. Могут и потребовать пересмотреть дело в соответствии с российским законодательством. Не исключено, что срок, который они отбывают, в нашем законодательстве является условным.


— А вот теперь посмотрим с другой стороны. Мобилизацию на Украине никто не отменял, под нее попадают даже артисты… Не получается ли так, что эти зэки просто идеальное  «пушечное мясо» для АТО, поэтому они и нужны Украине?


— На самом деле зэки не идеальное «пушечное мясо». Особенно в тех условиях, которые сейчас существуют на Украине. Но и тотальной войны нет, как во времена Великой Отечественной, чтобы формировать из них какие-то штрафные батальоны, а за ними заградотряды. Такого нет. Поэтому, на самом-то деле, народ начнет просто разбегаться. Единственное, что здесь очевидно – АТО – это антироссийское действие. И наше руководство неоднократно выступало за прекращение АТО. И совершенно понятно, что эти люди могут быть рекрутированы. Не обязательно в качестве «пушечного мяса», под тем или иным давлением или косвенно рекрутировать их можно. Я бы, да, сказал реалистично.


Более того, эти люди могут сами проситься в АТО, чтобы организовать какие-то полукриминальные или криминальные добровольческие батальоны, типа того же «Торнадо», который возглавлял пятикратно судимый человек, который в своем батальоне устроил то, что в криминальном мире называется «беспредел»: изнасилование пленных мужчин, какие-то невероятные пытки, съемка всего на видео, то есть откровенная уголовщина.


И тут получается такое общее амбивалентное отношение нашего руководства. С одной стороны мы обсуждаем, что идет АТО, а с другой стороны никаких действий, чтобы им помешать, не предпринимаем. Поэтому я не думаю, что условия передачи заключенных Крыма Украине будут соблюдаться. Например, в том же вопросе о неучастии их в АТО. Я такого не вижу. А вижу я другое.


Вот сейчас стал известен случай с ополченцем Костиным, который является гражданином Украины. Он вступил в ряды ополчения ДНР и занимал там должность командира танкового взвода. И вот, как он поехал с визитом в Россию, его задержали. Выяснилось, что Украина обвинила его в каком-то преступлении, и он объявлен в международный розыск через Интерпол. Россия его задержала и взяла под стражу, для того, чтобы в последующем выдать его по поступлению запроса с украинской стороны. Слава Богу, до сих пор он не выдан, но пока и никакого решения по Костину не принято. И если говорить строго юридически, то никаких препятствий к его выдаче нет.


А как вы понимаете в текущей ситуации «получение» Украиной младшего лейтенанта, офицера Донецкой народной республики просто подарок. Нужно только оформить бумаги украинской стороне. Они что угодно напишут, в чем угодно обвинят, любые свидетели что угодно подтвердят, любая экспертиза покажет что надо и так далее. Это просто смешно. Почти тоже самое, как если бы Советский Союз, собрав документы, захотел получить в распоряжение офицера противника.


— Дурудом какой-то получается…


— Это следствие того, что не дана надлежащая правовая оценка происходящего на Украине. Политические оценки есть, но правовые не просматриваются. Вот сейчас мы будем заниматься случаем Костина, будем ему помогать, собирать документы, которые подтверждают, что на Украине ему не будет обеспечено правосудие. Но с другой стороны. Если официально никакой Новороссии нет, но есть отдельные районы Донецкой и Луганской областей, то какие тогда правовые основания? То есть, сложность в том, чтобы эту жизненную ситуацию перевести в правовую. А украинцы, «прочухав» такую тему, будут массово такие «лепить» уголовные дела, вылавливать людей и требовать их экстрадиции. Я этого не исключаю. Если бы я работал с украинской стороны, я б этой возможностью воспользовался.


— Матвей, с вашего позволения, вернемся к вопросу крымских заключенных. Как думаете, в связи с вышесказанным этим людям луче досиживать сроки в Крыму?


— Мне кажется, все должно зависть от мнения каждого конкретного заключенного. Важно знать их мнение. Я уверен, там есть и пророссийски настроенные люди, и проукраинские. Среди них существуют такие же политические разделения, как среди обычных людей. Но для всех без исключения важнее как можно скорее оказаться на свободе. И в интересах Российской Федерации их судьбу как-то разрешить, но при этом принять меры, чтобы в ряды АТО эти люди не попали.


— А как это сделать?


— Сложный вопрос. Тут опять-таки варианта два: если мы совсем не доверяем Украине, надо не выдавать их до тех пор, пока они не отбудут срок, а если доверяем, то берем с Украины обязательства, что эти люди не будут в зоне АТО…


— Так они что угодно подпишут, потом тут же порвут…


— Согласен. Поэтому мы опять возвращаемся к тому, что Украина не является нашим надежным партнером, и она, конечно, не будет соблюдать обязательств.


Таким образом, статус и дальнейшая судьба крымских заключенных  в условиях отсутствия полноценного доверия между Россией и Украиной по-прежнему вызывает вопросы.


Напомним, 16 марта 2014 года в Крыму прошел референдум о статусе автономии. Более 96% участников которого высказались за вхождение региона в состав России. 21 марта 2014 года Президент России Владимир Путин подписал закон о ратификации договора о вхождении Крыма и Севастополя в состав России, а также указ об образовании Крымского федерального округа.




Вячеслав Бочкарёв


Новости партнеров

Загрузка...

Написать комментарий

Лента Новостей

Загрузка...